Он проснулся за мгновение до того, как мир успел его разбудить: за ставнем только-только набирал дыхание петух, а Грид уже лежал с открытыми глазами и слушал, как в остывающем камине шевелится пепел. Полоса утреннего света легла на пол, как отточенное лезвие, и вдоль неё стоял в углу Черепокол — два метра адамантия, полсотни килограммов терпения.
Он поднялся. Кожа подсохла за ночь, шрамы на плечах стянуло, будто старую карту битв, которую забыли развернуть. Вода, вымороженная из утреннего воздуха, стекла в ладони и обожгла лицо.
А потом он увидел: на столе, между рыболовных крючков и горсти медных туве, светилась карточка. Ровным зелёным, настойчивым — так светится гнилушка в ночном лесу, так светится металл перед грозой. Гильдия Искателей Приключений звала.
Грид стоял и смотрел. Дешёвых зовов ему уже давно не присылают: гильдия знает и цену, и кого звать, когда в округе завелось то, с чем другие не справятся.
Работа не спрашивает, удобно ли. Он сел и потянулся за сапогами.
Утро выдалось такое, что грех было не сойти к озеру. Солнце поднималось из-за северных хребтов широко и щедро, воздух после ночи стоял прохладный, и в нём уже пахло водой, дымом и разогретой смолой. На мосту Грид остановился и посмотрел на юг: за черепицей и трубами лежали озёра, и в такое утро карась, поди, брал бы на что угодно — хоть на голый крючок. Он постоял, вздохнул и пошёл дальше. Черепокол за спиной покачивался в лад с шагом, кольчуга шуршала, а город вокруг просыпался вразнобой: торговки, возчики, чей-то смех из раскрытого окна.
В гильдии пахло духотой, чернилами и мокрым сукном. Кети подняла голову от стойки, отложила перо и перебрала карточки в ящике, будто нужную искала дольше, чем требовалось.
— Раньше тебя в это время только разве что на реке можно было увидеть — сказала Кети и тут же выпрямила спину, возвращая лицу служебную строгость: щёки её выдавали дешевле всякого заклятья.
Грид глянул на доску с заказами, на стопку вчерашних выполненных заданий, на свечу, которой оставалось догореть до половины, и промолчал — разговорчивым он с утра не бывает.
— С ночи двое железных вернулись из Низин, — она перебрала бумаги и придержала доску ладонью, словно та могла уйти сама. — Один не вернулся вовсе. Отрядов в городе мало, Ларс со своей «Бурей» ушёл на север ещё вчера.
Свеча треснула, стрельнул фитиль. Кети взглянула наверх, где за перегородкой скрипело кресло, и понизила голос до полушёпота.
— И ещё. Глава с самого рассвета тебя ждёт. Велел: появится — сразу ко мне, не задерживаясь.
