На этой планете содержание кислорода в воздухе на несколько процентов ниже, чем есть на Земле. Дышать можно, но огонь не горит в обычных условиях. Огонь возможен только в глубоких низинах, там, где воздух достаточно плотен и насыщен кислородом.
Именно в таких низинах возникли первые города-государства. В центре каждого на самой низкой точке горел огонь. Сперва люди просто жили вокруг него, потом рыли углубляя низину, потому что атмосфера становилась разреженной, а кислорода становилось меньше, огонь уходил всё глубже.
Сейчас на поверхности дышать совсем нечем. Города превратились в воронки, уходящие вглубь на километры. Единственным средством связи между городами являются обстрелы из древних осадных машин, метающих камни через пустыню.
Это история одного из таких городов и человека, который захотел добраться до соседней воронки.
Глава 1. Мухомор головного мозга
Аурус родился через два поколения после того, как последний караван ушёл из их воронки и не вернулся. Он знал о них из рассказов и архивных записей.
В те времена между городами шла торговля. Заключались и рушились союзы, были настоящие войны. В хрониках упоминаются снаряды с горящим маслом, чумными трупами, кувшинами с помоями, которые запускали из требушетов по вражеским низинам.
Теперь всё иначе, воздух стал слишком разреженным. Требушеты теперь стреляют обычными камнями и их запуск теперь носит ритуальный характер, их запускают для того, чтобы сказать: мы ещё здесь. Раз в несколько месяцев камень улетает в пустоту. Люди смотрят в небо и если прилетает ответный камень, то город радуется: «Видишь? Они живы. Мы не одни».
Но в последнее время ответов стало меньше. Соседние воронки замолкают одна за другой.
Была традиция наносить на отправляемые камни символы, надписи, послания, пожелания. Странность заключалась в том, что перед тем как камни совсем переставали прилетать от очередной из воронок, на протяжении последних сотен прилётов, на них вместо привычных символов был изображён требушет.
От соседей с востока тоже стали прилетать такие камни.
Аурус думал об этом каждое утро, когда просыпался в своей мастерской. О том, что мир стал меньше. О том, что их воронка станет очередной в этой цепи. О том, что где-то там, за мёртвой пустыней, может быть ещё много таких воронок, там тоже живут люди, и они тоже запускают камни в небо.
Каждое поколение углублялось на несколько метров. Старые ярусы, где когда-то жили люди, теперь пусты: там слишком разреженный воздух, слишком большие перепады температуры, а огонь не горит. Город уже достиг четырёхкилометровой глубины.
