Книга четвёртая серии «Эхо вероятности»
Из дневника Девять. Запись первая Книги 2.
Прошло два года с ночи на электростанции. Кассий живёт в трёх кварталах от меня, под именем Дэвид, работает в мастерской по ремонту велосипедов — выбрал это сам, сказал, что хочет работать руками с чем-то, что либо едет, либо не едет, без промежуточных состояний, требующих интерпретации. Тео тринадцать. Сара возглавляет теперь целый отдел. А я получил новое задание: не один человек, не один друг — целый город на грани решения, которое определит, будет ли уголь местной электростанции последним, что согревает эти дома зимой.
Город Северск строился вокруг одного предприятия — металлургического комбината, который кормил семьдесят тысяч человек три поколения подряд. Когда совет директоров головной компании объявил о закрытии нерентабельного цеха, а вслед за этим — угрозе закрытия всего завода в течение двух лет, город замер, как человек, узнавший диагноз, о котором давно подозревал, но боялся произнести вслух.
Элиаса отправили туда с новой легендой — независимый консультант по устойчивому развитию малых городов, приглашённый мэрией по рекомендации анонимного фонда, который на самом деле был прикрытием организации Ханса.
— Твоя задача не спасти завод, — сказал Ханс перед отъездом. — Твоя задача — наблюдать, как сообщество реагирует на коллективную угрозу. Совет хочет знать, масштабируется ли узор с одного человека на тысячи.
— А если не масштабируется? — спросил Элиас.
— Тогда мы узнаем что-то важное о границах человеческой природы, — сказал Ханс. — И это тоже будет ответом.
Мэра Северска звали Ольга Крамер, и она встретила Элиаса не в кабинете, а на самом заводе, в цеху, где ещё гудели станки — она хотела, чтобы каждый «консультант» из столицы сначала увидел, что закрывает не строку в бухгалтерском отчёте, а живое место, где люди проводят половину жизни.
— Вы приехали изучать, почему мы не хотим умирать тихо? — спросила она прямо, без предисловий, пока они шли между станками, и рабочие в защитных очках поднимали головы, узнавая мэра и с подозрением разглядывая незнакомца рядом.
— Я приехал понять, что вы будете делать, — сказал Элиас.
— Мы будем бороться, — сказала Ольга. — Мы уже собрали три тысячи подписей за сохранение цеха. Мы написали в министерство. Мы организовали фонд взаимопомощи для тех, кого уже сократили. Что бы вы ни изучали — вы приехали в правильное время, чтобы увидеть, как умирающий город решает не умирать.
Элиас, слушая её, впервые за долгое время почувствовал что-то похожее на предвкушение, смешанное с тревогой — комбинацию, которую он теперь легко узнавал как признак того, что происходящее важно не только для отчёта, но и для него самого.
