Они ехали по шоссе, с обеих сторон которого сосны, ели и пихты упирались верхушками в черное небо. Свет фар разрезал мягко стелящийся туман с Сент-Джон-Ривер. По радио исполняли старые джазовые песни, от которых у Лилит сводило зубы. Но ее отцу они были по душе. Периодически он в такт барабанил длинными пальцами по рулю их старого «форда тандерберда».
Всю дорогу они молчали, перекидываясь лишь дежурными фразами, вроде: «В туалет хочешь?», «Может, перекусим?», «Неплохой отель. Давай в нем заночуем?». Лилит это вполне устраивало. Ей не хотелось откровенничать с отцом, особенно по поводу ее новых способностей.
Лилит знала, что она их унаследовала от мамы. Они открылись только после ее смерти. Даже отец был шокирован, когда в одну из очередных перепалок синяя ваза с узким горлышком пролетела через всю комнату и разбилась об стену без чьей-либо помощи.
В тот день они оба испугались.
Стоя посреди гостиной, отец и дочь смотрели друг на друга, пока, наконец, до обоих не дошло, что Лилит владеет телекинезом, передавшимся по наследству.
Дорога начала петлять. Отец снизил скорость. В таком тумане было сложно разглядеть дорогу дальше двадцати ярдов.
– Скоро будем на месте, – энергично произнес отец, кинув быстрый взгляд на Лилит, сидевшую рядом.
К несчастью, «тандерберд» предусматривал в себе два передних сиденья, как было модно в 50-х годах прошлого века. Лилит предпочла бы сидеть позади отца, а не в такой близости с ним.
Ничего не ответив, она повернула голову вправо, пытаясь разглядеть через окно хоть что-то, кроме тумана.
Еще полгода назад Лилит устроила бы истерику по поводу перевода в новую школу, пусть и частную. Но сейчас ей было плевать на то, какое будущее ее ждет в академии Роя Орсена.
– Поверь, Лил, тебе там понравится, – говорил отец три месяца назад, когда они ели спагетти в томатном соусе. – Там тебя обучат управлять твоими способностями. Да, школа закрытая, но она создана для таких же подростков, как и ты. Это же здорово, правда?
В тот вечер Лилит посмотрела на отца и поняла, что он боится ее возможностей. И, единственным верным решением оказалось перевести ее в место, где, таких как она, обучают справляться с «волшебством».
