Сингапур, 17 марта 2089 года, 14:36
Поцелуй Лизы пах кофе и апельсиновым джемом.
Алекс отстранился, чувствуя, как её пальцы скользят по его запястью – мимолётное касание, ставшее за двенадцать лет брака чем-то вроде тайного языка. Возвращайся. Она никогда не говорила этого вслух. Суеверие, смешное для женщины с докторской степенью по молекулярной биологии.
– Папа! – Эмма, четыре года и три месяца, вцепилась в его колено с силой, непропорциональной её размерам. – Ты привезёшь мне того робота? Который танцует?
– Это из Токио, солнце. Я лечу в Сингапур.
– А там есть роботы?
Алекс присел на корточки, оказавшись на уровне её глаз – карих, как у Лизы, с золотистыми искрами, которые он где-то вычитал, означали высокий уровень меланина в радужке. Даже сейчас, обнимая дочь, часть его мозга автоматически каталогизировала данные. Профессиональная деформация инженера-системотехника.
– Там есть всё, – сказал он. – Включая роботов. Но если ты будешь слушаться маму, я привезу тебе кое-что получше.
– Что?
– Секрет.
Ной спал в комнате наверху – два года, возраст, когда дневной сон священен. Алекс поднялся, чтобы попрощаться, но Лиза остановила его жестом.
– Не буди. Он полночи не спал, зубы режутся.
Она стояла в дверном проёме кухни, скрестив руки на груди, и утреннее солнце, проникавшее сквозь панорамные окна, очерчивало её силуэт золотым контуром. Алекс подумал, что должен сфотографировать этот момент. Он думал так каждое утро и каждое утро забывал.
– Три дня, – сказал он. – Конференция по распределённым системам, пара встреч с потенциальными клиентами. В четверг утром буду дома.
– Телепортируешься из хаба Чанги?
– Да, рейс в четырнадцать тридцать семь. Буду в Сан-Франциско к ужину.
Лиза кивнула. За двенадцать лет она так и не привыкла к телепортации – пользовалась, конечно, все пользовались, но каждый раз её плечи едва заметно напрягались, когда он произносил это слово. Какой-то атавистический страх, унаследованный от поколения, заставшего первые годы технологии, когда газеты пестрели заголовками о «квантовых катастрофах», оказавшихся впоследствии обычной журналистской истерикой.
Сейчас телепортация была безопаснее перехода через дорогу. Статистика не лгала: 0.0003% сбоев, и даже они – просто задержки, технические неполадки, ничего серьёзного.
Алекс взял портфель – кожаный, подарок Лизы на тридцатипятилетие, – проверил карманы (кошелёк, идентификационная карта, аварийный инъектор с адреналином, который он таскал с собой после того случая с аллергией на морепродукты в Шанхае) и остановился у двери.
