Тайна доктора Авроры.
1.
Кап. Кап. Кап… Монотонный звук капель, разбивающихся обо что-то металлическое, настойчиво вытаскивал моё сознание из пустоты. Я медленно села, придерживая гудящую голову, и открыла глаза. Сначала было ощущение падения. Головокружение не резкое, а странно плавное, как будто кто-то нежно отрывал меня от земли, где-то под кожей разливалось тепло, но не живое, а будто чужое.
Комната...
Потолок. Высокий, с лепниной и потрескавшейся побелкой. Где неон, где лампа дневного света? Зрение сфокусировалось: вместо белых кафельных стен клиники вокруг были стены цвета слоновой кости, драпировки, камин…
Моргнув, я попыталась спустить ноги и тут же вскрикнула. Движение отдалось глухой болью в плечах, грудь сдавило, как будто я натянула на себя чужую кожу. В висках стучало. Я опустила взгляд.
Тело. Не моё. Худощавое, гибкое. Руки тонкие, как у девочки. Под ночной сорочкой грудь не та, к которой я привыкла. Волосы длинные, струящиеся по плечам, светлые, почти блёкло-золотистые. Я схватила прядь и уставилась на неё, будто на змею. Холодные пальцы дрожали.
Что это? Где я? Кто я? Это сон или наркоз? Это чёртов инфаркт и клиническая смерть? На секунду захлестнула паника. Сердце забилось учащённо, в груди стало тесно, как будто грудную клетку обвили тугие ленты. Вскочила, но ноги запутались в длинной ночной рубашке, и я пошатнулась, едва не упав. В комнате было холодно: в камине давно погас огонь. Каменный пол жалил пятки. Пол! Кто кладёт камень в жилых помещениях?!
Зеркало.
Оно стояло в углу, огромное, в резной раме. Я насторожённо подошла ближе. Отражение словно задержало дыхание. На меня смотрела девушка. Совсем юная. С лицом, сошедшим с портрета, и с огромной ссадиной на лбу. Зелёные глаза — такие яркие, что казались нереальными. Тонкая шея, чуть приоткрытые губы, в которых было удивление, страх и что-то ещё, будто она тоже не знала, кто перед ней.
– Это… я? – прошептала я.
Эхо проглотило слова.
В голове начали всплывать чужие образы. Мужской голос, тёплый, добрый. Сад, птица с перебитым крылом. Девушка, плачущая над умирающим щенком. Женщина в чёрном, холодная, как лёд. И имя. Чужое имя, но почему-то знакомое. Аврора. Леди Аврора Рэдклифф.
Я закрыла лицо ладонями. Всё тело дрожало. Не от страха — от чего-то более глубокого, необъяснимого. Душа, как будто сорвавшаяся с привычного крючка, пыталась вжиться в новую оболочку. Я снова посмотрела на отражение в зеркале. Светловолосая, с изумрудными глазами, полными тревоги. Черты лица… красивые. Слишком. Аристократичные. Но испуганные, как и я.
