Глава 1. Новые байки
Посёлок Гребенки встречал сумерки так же, как встречал их последние двести двадцать два года после Дня Ожога. А может, и все шестьсот сорок лет со своего основания: дымом из труб, скрипом ворота у колодца и голосами пастушков, гнавших коров с лугов у Протоки. Собаки лаяли на всякого, кто шёл по дороге, даже на своих.
Матвей, которого в посёлке прозвали Угольком, стоял у прилавка старосты и смотрел, как тот перебирает добычу. С северных окраин он редко возвращался чистым, так что прозвище его давно не обижало.
На прилавке лежали куски толстой меди, снятые из старого распределительного шкафа, моток телефонного кабеля и три целые бутылки из тёмно-зелёного стекла. Бутылки Матвей нёс в рубахе, переложив тряпками: такого стекла в Гребенках никто не делал, а привозное стоило столько, что покупали его разве по праздникам.
Староста сначала взял медь. Кабель покрутил в руках, поморщился, зато на бутылках задержался.
— Много за это не дам.
Он назвал цену. Матвей забрал одну бутылку с прилавка.
— Тогда её оставлю себе.
Староста вздохнул и добавил серебряную монету. Матвей вернул бутылку, подождал, пока тот отсчитает остальное, и убрал деньги за пазуху. На корм хватит, на гвозди тоже. Дранку для крыши ещё придётся покупать, а до холодов хотелось закончить с протечкой над кладовой. Прошлой осенью они едва успели убрать мешки, прежде чем их залило.
На дне мешка лежала завёрнутая в тряпки хрустальная ваза для матери. Матвей нашёл её в шкафу, заваленном кирпичом. Ваза уцелела, даже край не откололся. Он завернул её отдельно и всю обратную дорогу боялся придавить чем-нибудь тяжёлым.
Когда Матвей вышел на площадь, возле трактира уже стояли люди. Кто-то приехал издалека: иначе в такой час половину Гребенок из домов было не вытащить.
Странник сидел на бочке и ел похлёбку. На нём была рубаха из плотной белой ткани, запачканная в дороге, но почти без штопки. Отложив ложку, он принялся рассказывать о далёком южном городе.
— Там учёные будто бы разобрались, откуда взялись Раны. Говорят, даже закрыть их можно.
— За похлёбку и не такое расскажешь, — сказал кузнец Богдан.
— Может, и соврали мне, — ответил странник и снова взялся за ложку. — Порт там отстроили, книги собирают. Если кто и станет копаться в старом мире, то у них люди на это есть.
Матвей слушал из-за чужих плеч. Странника расспрашивали про цены и дороги, про Раны больше никто не вспомнил. Матвей дождался паузы и спросил, далеко ли до того города. Впереди заговорили сразу двое, и странник его не услышал. А часть интересующей информации он получил слушая через ответы на чужие вопросы.
