СПЛЕТНЯ
Декорации.
Я возвращался в свой старый многоквартирный дом. Тот, где жил лет пять назад. Всё было как всегда — так мне казалось. Но что-то висело в воздухе. Не то запах, не то напряжение. В людях тоже. Они шли мимо, но взгляды скользкие, излишне быстрые.
Потом я заметил хлопок.
Валялся вдоль дороги — коробочки, целые кучи, будто кто-то разбросал специально. Я поднял пару. Белоснежные. Такие густые и пышные, что я сначала подумал: искусственные. Нет. Самый что ни на есть настоящий хлопок.
Питер. Дорога к старой высотке. И хлопок.
Дальше — деревья.
Пальмы. Банановые деревья. Красивые кусты, как на открытке про Средиземноморье.
Стоп.
Я живу в Петербурге.
Какие, к чёрту, пальмы?
Холодок пробежал по спине. Я остановился как вкопанный. И тут сердечко ёкнуло.
Прямо перед моей девятиэтажкой был пляж. Он начинался прямо от подъездов. А дальше — море.
Ощущение было странное: будто это всегда тут было. Но какая-то другая часть меня — та, что ещё не сошла с ума — просто кричала: этого не может быть. В принципе.
Я сделал несколько глубоких вдохов. Пошёл к своей парадной.
Лифт не работал. Пошёл пешком.
На лестнице встретил пару человек. Они поздоровались. Я их узнал. На следующем этаже — старого знакомого. Он жил в этом доме, но в другой парадной. Увидел меня — глаза округлил.
— Ба, какие люди. Ты где пропадал столько времени?
Мы пожали друг другу руки. Я вкратце сказал: мотался по миру, только сейчас вернулся в Питер. Пять лет не был дома.
Он спросил, что я тут делаю.
— Решил заглянуть на свою старую хату.
У него расширились глаза. Он сказал тише:
— Ты что, не знаешь?
— Что?
— Так её продали. Там теперь другие люди живут.
Я тяжело вздохнул. Идти мне больше было некуда.
Разве что к Милане. В бар. С ней мы постоянно общаемся в сети, я знаю, что она сейчас в Питере.
Мы попрощались.
Я вышел на улицу — с тяжёлым сердцем и какой-то гудящей тревогой.
Может, Милана объяснит мне, что с этим миром происходит.
Пальмы в Питере.
Бананы во дворе.
Хлопок посреди дороги.
Я вышел из парадной и остановился.
Море.
Оно было прямо здесь.
Волны лениво лизали асфальт у самого бордюра. Пляж — серый, питерский, но с каким-то южным песком, будто насыпали наспех. Пальмы качали лохматыми головами. Ветер пах солью и прелыми листьями.
Я достал телефон. Проверил геолокацию. Питер. Калининский район. Всё правильно.
Но не правильно.
Я пошёл. Без цели. Просто чтобы унять дрожь в руках.
Свернул во дворы — там тоже были пальмы. И банановые деревья. Я потрогал один лист — жёсткий, живой. Не декорация. Чёрт возьми, как?
