– Алеша…
С этим словом, вызвавшим сначала обильное выделение холодного пота на лбу, а затем – запоздалое чувство утраты, Илья проснулся. Каждое его утро начиналось с этого слова, как бы ему не хотелось проснуться наконец без каких-либо звуков. Ничего не изменилось за последние шестнадцать лет. Ровным счетом ничего.
Тяжело вздохнув, Илья Муромец слез с кровати. Из-за паралича, продолжавшегося трое суток, у него онемело лицо и конечности. Двигаться было очень сложно, но он все-таки сумел собраться с силами и встать.
Его сапоги были тут как тут, под широкой кроватью, стоящей на холодном каменном полу в его комнате. Надев сапоги, Илья с большим трудом зашагал в сторону умывальника.
Над умывальником висело большое, но сильно разбитое зеркало. Посмотрев в него, Илья увидел свое отражение – небритый, измученный морщинистый мужчина с поседевшей бородой.
Лицо его едва ли не перекосилось от отвращения, и он отвернулся от зеркала. Вскоре все утренние процедуры были завершены, Илья Муромец надел свой кожаный тулуп и вышел наконец на улицу.
Сильный ветер тут же начал бить его в лицо, не давая увидеть даже солнечный свет. Прикрыв ослабевшие глаза своей добротной рукой, Илья взял в руки косу, вышел на улицу и начал зачищать свое поле. За эти три дня сорняки уже успели с лихвой заполонить его небольшое крестьянское угодье. Необходимо было расправиться с этим – и чем быстрее, тем лучше.
Несколько часов Илья выпалывал сорняки, косил осоку, мешающую его посевам. Эта работа, которой он занимался много лет назад, снова приносила ему большое удовольствие – как и в прошлой жизни, когда он был крестьянином.
«Как и в прошлой жизни…» – подумалось внезапно Илье.
Но, не успей Муромец сделать и часть своего дневного плана, как вдруг он услышал стук легких лошадиных подков со стороны дороги. К нему приехали гости, и нужно было радушно их приветствовать.
Как только Илья приготовился взять в руки меч, как раздался хлыст, и лошади остановились, а перед бывшим богатырем возникла прекрасная карета, запряженная белоснежными кобылами.
Увидев этих лошадей, Илья тут же понял, кому принадлежит эта карета. Не обращая никакого внимания на подошедшего к нему сгорбившегося человека, он положил меч и продолжил выкашивать репейники со своих угодий.
– Приветствую тебя, великий богатырь! – улыбаясь и радостно потирая руки, произнес рыжебородый гонец Казимир. – Солнечное Княжество вовеки веков!
– И ты будь здрав, Казимир. – ответил Илья Муромец, не смотря на гонца, но почтительно кивнув в его сторону. – Солнечное Княжество навсегда.
