Когда Ким Джэхо пришел в себя, он не помнил ничего, кроме своего имени и какого-то смутного фруктового запаха, засевшего в голове. Почему ему вдруг отшибло память так сильно?
Первой мыслью, которая пришла на ум, стало: «Что-то не так».
Он валялся в какой-то грязной подворотне рядом с мусорными баками. От них, вроде бы, не воняло, но от одного замызганного вида Джэхо скривился и поспешил встать и отряхнуться. На улице стояла зима, но снега почти не было. Каким-то чудом дизайнерская одежда Джэхо практически не испачкалась, и он не чувствовал холода.
«Как я здесь оказался? – мысленно задался вопросом парень, изо всех сил напрягая извилины, чтобы вспомнить последние произошедшие с ним события. – Так сильно набухался в клубе, что просто как свинья заснул на улице? Не может такого быть. Меня ограбили?»
Он похлопал себя по карманам. Действительно: ни мобильного телефона, ни кошелька, ни одной карточки, ни налички.
– Черт! – вслух выругался Джэхо, негодующе пнув землю под ногами носком брендовой обуви, а потом раздраженно провел пятерной по взлохмаченным волосам. – И как мне теперь возвращаться домой? Где я вообще?
Даже если он будет отсутствовать пару дней, его исчезновение обнаружат не сразу. Для семьи Ким было привычным, если Джэхо ночевал где-то не дома и мог пропадать от нескольких дней до недель.
Парень вышел из подворотни, морщась, что провел ночь в таком отвратительном месте, которое вызывало только рвотные позывы, но его хотя бы не вывернуло, и на том спасибо. Даже башка не болела, хотя, смутно припоминая, сколько он может выпить, на утро частенько мучился от похмелья.
Стояло раннее утро, небо было чистым, казалось, что был морозец, но Ким Джэхо не чувствовал дискомфорта. Город только просыпался, и было пустынно; по узкой улице, на которую вышел Джэхо, проехал один курьер на скутере и шла бабушка с большой тележкой, наполненной картоном. Парень проигнорировал бабулю и помахал человеку на скутере, привлекая к себе внимание, но тот проехал мимо.
– Да что с ним не так? – хмыкнул Джэхо и осмотрелся.
Уличные вывески ничего ему не говорили и ни о чем не напоминали.
«Это Каннам? Итэвон?..» – смутно подумал Джэхо.
Он не очень хорошо ориентировался в таких улочках, редко ходил по городу пешком и не изучал окрестности, в основном передвигался только на машине с водителем, таращившись в телефон, или самостоятельно гонял на мотоцикле.
Из какого-то магазина вышла женщина средних лет, сменив вывеску «закрыто» на «открыто», и начала подметать мелкий снег перед дверью.
– Эй, ачжумма*, – обратился к ней Джэхо. – Вы не могли бы мне помочь? Обещаю, я вам отплачу!
