На всей бывшей территории СССР, день первого сентября ассоциировался как первый шаг маленького человека в большую общественную жизнь. Пусть ещё не осознанный, пусть ещё держась за ручку папы или мамы, но это был тот первый шаг маленького человека, который каждый год отмечала вся страна как начало большой дороги ведущей к чему-то светлому, большому и прекрасному. Однако всё со временем меняется и тот праздник который для всех когда-то казался самым светлым днём, для многих уже начинал становиться не таким уж и светлым. Ведь с падением СССР, любое торжество уже ассоциировалось не с чем-то весёлым и светлым, а всё больше с некой экономикой на которую родители ребёнка должны были потратить свои деньги, из-за чего видимо западная поговорка: «Бизнес и ни чего больше», получила своё очень широкое распространение во всех сферах общества. Этот новый негатив многонациональный народ бывшего СССР с начала так называемой перестройки впитывал в себя с каждым днём, при этом без всякого сожаления разрушая всё старое, причём порою даже не взирая на то, что некоторое из этого старого иногда было на много лучше нового. С таким чуждым фактом были готовы мериться не все и многие из учителей по своему как-то пытались сопротивляться с многочисленными внедряемыми до конца непродуманными новыми преобразованиями в школах, но так как люди они были маленькие и по сути своей в какой-то степени подневольные, им всё же так или иначе приходилось мериться с тем, чему противостоять в одиночку они были не в состоянии. Вот только видимо народ у нас в стране такой, что всегда найдётся тот, кто с подобным веянием мериться не желает не при каких условиях. Этот человек будет обивать пороги высоких кабинетов и с невероятным упорством доказывать бездушным чиновникам то, что из-за их некоторых поспешных решений, кое-что из того, что они приняли, очень сильно вредит образованию. И вот в одной из российских школ, преподаватель средних классов Чекмарёва Людмила Алексеевна, которая глядя на то как светлый образ той школы в которой она работала простым учителем аж до своего пенсионного возраста стал потихоньку превращаться в некое подобие какого-то бизнес центра, решила с этим бороться своим особым методом в надежде на то, что её всё же услышат, поймут, и в конце-концов сделают серьёзные выводы о том, во что стало превращается наше некогда самое лучшее в мире образование. Педагог она была хороший, за что её уважали как дети так и взрослые, но видно против запущенной новой системы этого оказалось мало, из-за чего вскоре у неё появилось много врагов как в министерстве образования, так и среди своих коллег. Позднее ко всему этому добавились ещё и жизненные трудности, которые по ней ударили так, что она осталась совсем одна в своей маленькой двухкомнатной хрущёвке, без семьи, без детей и без работы. И вот когда казалось бы, что сопротивление уже не имеет ни какого смысла, а личная жизнь сложилась так, что хоть в петлю головой, на её пути вдруг замерцал маленький лучик света и надежды за который она тут же ухватилась обеими руками как за единственную спасительную соломинку. Этой соломинкой оказалась маленькая девочка пяти лет отраду, которую привёл к ней отец по совету одного своего хорошего друга. Не смотря на маленький рост, девочка была хорошего телосложения с не большой гиперактивностью для своего возраста. Но привлекло бывшую учительницу не смазливое личико и не спортивные задатки светло-русой малютки, а то, что не смотря на свой маленький возраст, она уже к своим годам с помощью мамы успела освоить русский язык и математику для начальных классов. Плюс ко всему этому, могла ещё и свободно общаться на разговорном английском. В общении эта девочка не смотря на всю присутствующую в этом возрасте шкодливость, была склонна к обучению, запоминала всё с ходу впитывая как губка в свою маленькую головку любую информацию и ко всему прочему у неё был хороший голос и слух. «Не ребёнок, а клад, — подумала про себя Людмила Алексеевна сразу после того как девчонка с лёгкостью прошла несколько заданных ей тестов на сообразительность. — Такого ребёнка грех у себя не оставить, — снова подумала про себя Людмила Алексеевна и дала отцу девочки своё согласие на то чтобы с ней немного поработать». Это «Немного поработать», потом порядком затянулось, а спустя ещё чуть-чуть и вовсе вошло в постоянство, потому как в семье этой девочки назревали большие проблемы. С каждым годом как она становилась старше, девочка всё больше напоминала своим внешнем видом ту, с образом которой у её родителей были не самые хорошие воспоминания. От этого сходства в их головах возникал не вольный страх, ведь с той поры как они её удочерили, с рождением своих детей у них ни как не получалось, а время меж тем шло и годы им уже всё больше говорили о том, что ещё не много, и о рождении своих детей им можно будет даже не думать. Это их эмоциональное напряжение со стороны с каждым днём становилось всё заметней, от чего как бы они его в себе не старались скрыть, все их друзья и коллеги по работе всё больше это замечали за ними и уже был не далёк тот час, когда по этому поводу у коллег и знакомых к ним могли возникнуть серьёзные вопросы. Чтобы этот нарастающий душевный кризис не вырвался из под контроля наружу и вконец не разбил семью, один из близких друзей как раз и посоветовал на время отдать приёмную девочку на воспитание своей давней знакомой по школьной парте, тем более, что у этой женщины жизненная ситуация складывалась так, что это для всех на тот момент был бы самый лучший вариант. Одинокий человек получил бы объект общения и смысл жизни, а та пара у которой ни как не получалось с рождением своих детей, получила бы немного спокойствия и уединённой тишины в доме. И вот когда маленький ребёнок стал потихоньку становиться подростком, у Людмилы Алексеевны глядя на девчонку всё больше возникал в голове вопрос о том: «Как с ней быть дальше?» Продолжать обучать её в домашних условиях — это означало бы навсегда выбить ребёнка из умения общаться и вести себя в обществе, находить выход и всеразличные решения в самых разных возникающих ситуациях того общества в которое этот ребёнок вскоре по-любому будет должен войти. Отдать её в школу для одарённых означало бы то, что девочка среди своих сверстников потеряет возможность общения и вскоре станет изгоем в их среде. А если её привести в обычную школу, то это уже говорило о том, что в своём образовании она резко нажмёт на тормоз. Взвесив все за и против, после чего ещё для надёжности посоветовавшись на счёт этого вопроса с бывшим своим одноклассником, Людмила Алексеевна на свой страх и риск всё же решила отправить девчонку в обычную школу. В ту самую, где когда-то училась сама, а после того как получила образование, уже пришла в эту школу педагогом. «Ну что ж дорогие мои бывшие коллеги, — с некой насмешкой подумала она. — Будем считать эту малышку моей маленькой ложкой дёгтя в той бочке школьного мёда в котором вы все варились до этого дня. Уж с каким удовольствием я посмотрю на то как вы все завертитесь, когда к вашим балбесам в строится этот маленький гений с невероятной выдумкой, с завидным упорством, стойкостью и выдержкой». Собрав все нужные документы и подготовив девчонку к тому как ей нужно будет себя вести на собеседовании, Людмила Алексеевна отправила её под руководством отца в школу. Тестировать маленькую всезнайку по программе седьмого и восьмого класса собрались в кабинете директора почти все учителя. Маленькая на вид девчонка со светло-русыми волосами почти до пояса, старалась держаться перед ними скромно, при этом не выдавая того, что знает уже на много больше тех предметов по которым её тестируют.
