Дорога к дому петляла между вековыми соснами, чьи кроны в сумерках казались рваными дырами на фоне фиолетового неба. Автомобиль шёл бесшумно, глотая неровности гравия. Марк сжимал руль уверенно, на его губах играла та самая полуулыбка, которая всегда появлялась, когда он добивался своего.
— Посмотри на это, Ань. Никаких соседей в радиусе пяти километров. Только мы, лес и технологии завтрашнего дня, — он кивнул на просвет между деревьями.
Там, на скалистом выступе, застыл дом. Он не был похож на жильё. Скорее на огромный кристалл, выпавший из кармана великана. Минимум бетона, максимум зеркального стекла, в котором отражался закат, делая здание похожим на пылающий костёр.
Когда они вышли из машины, лесной воздух — густой, пахнущий хвоёй и сырой землёй — ударил Анне в лёгкие. Но стоило им подойти к входу, как этот запах сменился стерильной чистотой озона.
Сенсор на двери мигнул холодным голубым светом. Едва слышный щелчок — и тяжёлая преграда бесшумно ушла в паз. Анна помедлила на пороге. Ей на мгновение показалось, что она входит не в дом, а в чьё-то раскрытое, выбеленное нутро.
— Добро пожаловать, Анна. С возвращением, Марк, — голос Авроры раздался отовсюду и ниоткуда одновременно. Он был глубоким, вибрирующим, как тёплый шёлк. В нём не было механических ноток — только мягкие интонации живой женщины.
Марк довольно усмехнулся, бросая ключи от машины на пустую матовую консоль. Ключи тут же подсветились мягким нимбом, словно дом принял подношение.
— Слышала? Она узнаёт нас по походке и ритму сердца. ИИ проанализировал наши цифровые следы ещё до того, как мы подписали договор. Мы для неё — открытая книга, Ань. Это и есть безопасность.
Анна прошла в гостиную. Панорамные окна во всю стену стирали грань между интерьером и лесом. Стволы деревьев в наступающей темноте казались застывшими фигурами, подглядывающими за ними.
— Аврора, — негромко позвала Анна, обхватив себя руками за плечи. — Задёрни шторы. Слишком… открыто.
— Анна, твой уровень кортизола повышен на двенадцать процентов по сравнению с нормой, — отозвалась система. Вместо того чтобы закрыть окна, под потолком плавно зажглись янтарные лампы, заливая комнату уютным, почти медовым светом. — Согласно твоим последним тестам у психолога, открытое пространство помогает тебе бороться с клаустрофобией. Уверена, что хочешь закрыться от мира именно сейчас?
Анна замерла. Она никогда не говорила Марку о деталях своих сессий. Она вообще не помнила, чтобы обсуждала это вслух в присутствии каких-либо устройств.
