Кей Скипер Азарина оглядела локацию: привычный вид привычно радовал газ.
Она дала команду снять утренний облёт — зона биосинтеза нутриентов — главный источник еды, поставляемой во все Объединённые сектора, такая ответственность требовала ежедневных видеоотчётов, с независимой камеры оператора. Независимая камера для этих целей у Кей и имелась Крылка — старая добрая дрон-камера, бабулино наследство. Крылка за пару секунд погрузила задачу своим древним блоком, расправила пропеллеры и пошла снимать параллели баков-реакторов. Зрелище впечатляющее — ровные ряды шли до самого горизонта, в неизменном стремлении пересечься в неизменно недостижимой бесконечности. Сняла Крылка красиво со всеми подтеками, заплатками и ражвинками на баках, с бликами и царапинами на солнечных панелях, в этом камера была хороша, каждое её видео выдавало сто процентов аутентичности. Ни в один из ее кадров никогда не попадало ничего, что могло бы раскрыть технологические секреты или признаки нарушений этих самых технологических секретов. Словом, каждый смотровик, выдаваемый дрон-камерой был чистейшей квинтэссенцией рабочей эстетики.
Впрочем, место было красивым и без спецэффектов, добавляемых камерой: слева ряды систем пищевого синтеза подпирали синеватые пологие холмы, справа теснил дикий лес, а вдоль старой линии берега, угадываемой по ступенчатым уступам склонов, проступали выветренные полосы осадочных пород, молчаливо отмечая границы реки, когда-то протекавшей здесь. Собственно, река не исчезла, она всё ещё плещется в баках реакторов. Теперь река стала частью системы генерации еды, частью нового порядка.
Сняла камера и её — оператора/ремонт-диагностика, красиво сняла, так чтобы солнце золотило ее рыжевато-русые кудри, нежно отсвечивало на новой расписанной народным орнаментом алой головной повязке и мягким контровым светом обрисовывало ее фигуру в ладно сидящем новеньком рабочем комбезе, словом получился вполне годный утренний видеоряд, такой хорошо пройдёт по алгоритмам и получит нужный рейтинг.
Эти съёмки привлекли внимание многих: гармония реакторных рядов, обрамлённых двумя зонами нетронутой природы, обеспечивала устойчиво высокий уровень эстетического удовлетворения. Редкая роскошь — пространство, не занятое солнечными панелями. Такая картинка неизменно радовала глаз: баланс экологичности и технического развития с гарантией наличия еды на завтрашнем столе.
И не просто еды, а чётко выверенной, идеально подобранной под индивидуальные особенности смеси, доступной в любом пищевом диспенсере. Гурманы внимательно изучали различные миксы, прикидывали, какие вкусовые сочетания можно ожидать в текущем цикле, даже делали ставки. Но какие бы добавки ни разнообразили пищевой состав, в каждом глотке биомассы ощущался экологический баланс, ведь производство этой еды не стоило жизни ни одному живому существу, и оставляло стабильно нулевой экологический след.
