Собака Антона Чешина пропала восемь дней назад.
Всё это время мужчина с лицом вишни и подростковыми усами просидел на старом низком диване, доставшемся ему от бабушки. Красные глаза с утра и до поздней ночи смотрели на экран нового телевизора, купленного в день пропажи.
Антон Чешин и сам готов был возмутиться своему безответственному сидению на диване, но поиски Тиска в миллионном городе, даже по мнению человека с одним средним образованием, скорее всего, не принесли бы успеха. И потому Антон Чешин купил телевизор и заказал рекламу в прайм-тайме главных новостей города.
— Пропал пёс по кличке Тисок, — перебирая дрожащие пальцы, хрипло диктовал Антон. — Чёрная беспородная собака с длинным носом и белым пятном на хвосте в виде буквы С.
Редактор службы новостей неохотно записал нужные слова, находясь под давлением Тамары Андреевны из отдела продаж.
— Давайте ещё добавим “за вознаграждение”, — Тамара Андреевна смотрела горящими глазами. — Это будет дороже, и на вознаграждение придётся потратиться, но собака того стоит.
Внутри засверлило знакомой тревогой. Лишь бы хватило денег.
— Конечно, — ответил Антон, — Вам лучше знать.
Получая накопленные Антоном Чешиным за несколько лет средства, Тамара Андреевна улыбалась во все тридцать белых и один золотой зуб. Брезгливо пересчитав смятые купюры, Тамара Андреевна выпроводила Антона Чешина из редакции после трёх кружек чая с обещанием дать новости в прямой эфир уже этим вечером.
Реклама на телевидении была заоблачно дорогой, но Тисок был дороже, чем мотоблок, который должен был появиться на даче бедолаги этим летом. Антон Чешин ехал на пятьдесят третьем автобусе, стараясь не поддаваться хандре о несбывшемся мотоблоке.
Спустя неделю без сна и совершенного отчаяния то ли от злости на редактора, то ли от злости на собственную нерешительность оторваться от телевизора, рано утром Антон Чешин отчаянно ринул к выходу из квартиры, пропахшей селёдкой.
Обматывая шарфом закостенелую шею, Антон Чешин был настроен разнести редакцию к чертям. Его настрой пропал в ту же минуту, как открылась входная дверь.
На пороге лежали три стопки газет, главную полосу которой украшала непропорционально растянутая фотография Тиска.
Чихая от слёз, навернувшихся при виде Тиска, Антон Чешин неуклюже и с давящей болью в спине занёс стопки газет в дом. Нижняя пачка, видимо промокшая от дождя, была самой тяжёлой.
Под джутовой верёвкой нижней стопки лежала маленькая записка с пометкой “А.Чешину от редакции”.
“Дорогой Антоша.
Вышло недоразумение, но оно, по моему профессиональному мнению, даже к лучшему. Пришлось поставить рекламу кур в прайм-тайм новостей. А вам мы отдали главную полосу газеты. Да ещё и напечатали дополнительных двести экземпляров за ваш бюджет. Газета выйдет в четверг, так что ждите. Дала ваш номер телефона, чтобы нам не звонили. Приходите в понедельник подписать акт выполненных работ.
