— За молодых! Долгих лет! Много счастья! — гости выкрикивали поздравления, вскидывая вверх кубки и расплескивая напитки на белые скатерти, отчего мерещилось, будто их щедро окропили кровью.
Поначалу я еще пыталась отвечать и благодарить, но шум голосов быстро слился в общую массу. В итоге я просто улыбалась и кивала в разные стороны.
Пиршественный зал был забит до отказа. Казалось, весь город собрался, чтобы отпраздновать мою свадьбу. Слуги бегали между столами, расставленными буквой «П», едва успевая подливать напитки и разносить еду. Пахло жареным мясом и медовыми пирогами. В углу играли лютнисты, но музыка тонула в гуле голосов и звоне кубков, напоминающим лязг мечей на поле брани.
Отец не поскупился, все-таки выдавал замуж единственную дочь. Но мне бы хватило тихого семейного застолья. Я и так была счастлива, ведь выходила за того, кого выбрало мое сердце.
Разумеется, этот брак был выгоден обеим семьям. Два самых влиятельных семейства в торговом городе. Моей принадлежит двадцать судов, семье мужа – семнадцать. Объединив наши капиталы, мы станем главными поставщиками шелка и пряностей на континенте.
Тот факт, что мы с женихом полюбили друг друга, – чистое везение. Далеко не каждая девушка из богатой семьи может таким похвастаться. Как правило, брак у патрициев – очередная сделка.
Верджила, моего теперь уже мужа, шум оглушил не меньше. Сжав мою руку в своей, он наклонился к моему уху и прошептал:
— Вот бы сбежать отсюда.
Я кивнула, хотя отлично понимала, что это невозможно. Справа сидит моя родня – отец, мать и братья, слева от Верджила – его. Мы в капкане, из которого не вырваться. Остается наслаждаться пиром в честь нашей свадьбы.
На мне было серебристое платье, сияющее, как туман на рассвете. Волосы, украшенные венком из живых цветов, струились по плечам, подобно золотому шелку. Я знала, что красива, но меня волновал лишь один восхищенный взгляд – моего мужа. Скорей бы объявили первый танец! Не терпелось ощутить ладони Верджила на своей талии.
Я обернулась и посмотрела на стену. Высокая спинка стула мешала, и я отклонилась в сторону. Все ради того, чтобы увидеть свою тень. Благо свечей в зале зажгли так щедро, что тени образовались как днем.
Моя прямо сейчас кружила на стене, как будто уже танцуя с Верджилом. Как обычно, ей передалось мое настроение. Тень отображала не только мой образ, но и эмоции.
— Сиди ровно, Рианнон, — одернула матушка. — Ты уже не маленькая девочка, а замужняя дама. Помни о статусе, на тебя все смотрят.
Я выпрямилась до хруста в спине. Нокс – это имя я дала своей тени еще в детстве – вижу только я. Точнее, другие видят обычную тень, живая она исключительно для меня.
