Меня зовут Дмитрий, на момент моей работы на строящемся ГПЗ (газоперерабатывающем заводе) в Амурской области мне было двадцать пять лет.
На тумбочке надрывается будильник — нащупать его и заткнуть получается только с третьего раза. На часах уже пол пятого вечера, а значит, пора собираться на «любимую» работу. И снова меня накрывает мысль, которая последнее время не даёт покоя: надо бы найти нормальную работу, на постоянке, поближе к родным, а не эту грёбаную вахту. Зря всё-таки отказался тогда от приглашения в родном городе — зарплата, может, и не выше здешней, зато жить в своей квартире, а не в общаге с храпящими потными мужиками. Хорошо хоть сейчас перевели в ночную смену: днём в общаге остаются считанные единицы, как говорится, меньше народа — больше кислорода. Ладно, раз эта назойливая мысль снова лезет в голову, значит, завтра с утра, после смены, поговорю с руководством: дорабатываю вахту и больше не возвращаюсь, буду искать работу дома, а то так и дети отца в лицо узнавать перестанут. А уже после разговора порадую жену да матушку.
Встаю, умываюсь, забегаю в туалет, глотаю кофе с печеньками — и вот уже начало шестого, пора выходить. На вахте всегда день сурка: изо дня в день одно и то же, идёшь по городку в сторону остановки и встречаешь одних и тех же людей на одном и том же месте по месяцу-два подряд, так что уже забываешь, здоровался с ними сегодня или нет. Потом часть из них пропадает на месяц — уезжают в отпуск. Пока жду автобус, успеваю выкурить сигаретку, холодный воздух обжигает горло вперемешку с дымом; двадцать минут тряски на разбитой дороге — и вот я уже иду в прорабку. Работаю на участке испытаний трубопровода, и там, как всегда, творится рабочий вечерний хаос. Вон сидит Лёха единственный друг, с которым завязалось общение ещё с момента знакомства на этом же заводе пару лет назад. Что я могу о нём сказать: все знают, что Юлий Цезарь делал несколько дел одновременно — ну и что, по сравнению с Лёхой Цезарь был лох! Этот человек одновременно говорит по телефону, строчит какие-то отчёты, перекрикивается со столом в другом углу помещения, а ещё как всегда откуда-то из-под стола выдаёт своей бригаде шпильки, прокладки, задвижки. Порой кажется, что у него, как в тех боярках, которые я читаю, где-то есть пространственный карман — иначе не понятно, откуда он всё это достаёт.
Передаю смену со сменщиком, намечаем примерный фронт работы: — В общем, Дим, ничего сверхъестественного, всё как обычно. Единственное — не успели протянуть обратный клапан на двадцать четыре дюйма на отметке +33, — вводит меня в курс дела Игорь.
