Мобильник рассерженно вибрировал, медленно подползал к краю тумбочки – словно намеревался самоубиться, прыгнув леммингом с обрыва. Альбина перехватила его на грани падения.
– Алло?
– Лялька, – голос в трубке дрожал, как натянутая струна. – Прости, что разбудила, но… у нас проблема.
Альбина взглянула на часы: 3:29. Расспрашивать не имело смысла – Светланчик не стала бы звонить среди ночи без веской причины.
– Лечу. Жди.
Сбросив звонок, она натянула джинсы, свитер, тёплые кроссовки. В последний момент сообразила: как же возвращаться домой после смены? Вернулась в прихожую, схватила куртку в охапку и, не тратя времени на спуск по лестнице, вышла на балкон. Лёгкий толчок от перил – и её силуэт растворился в темноте над крышами.
Через пять минут она уже входила в усадьбу. Светланчик выбежала из правого крыла:
– Слава небесам, ты здесь! Тут полный кошмар.
Она схватила со стойки упаковку, вынула ампулу и пожаловалась:
– Последняя! Всё. В аптечке только эвазифин остался.
Обломав кончик, она наполнила шприц. До Альбины донёсся горьковато-хвойный запах эндормирола.
– Понятно. Разберёмся. Потом расскажешь. Кто самый экстренный?
– Начни с шестой, – сказала Светланчик. – Навицкую я уже уколола, она скоро уснёт. А вот с Беспальской – вся надежда на тебя. Эвазифин на неё не действует. Я пойду в левое крыло.
– Поняла.
Быстро переодевшись в дежурке в голубую униформу, Альбина первым делом заглянула в седьмую палату. Лия спала крепким, безмятежным сном, завернувшись в одеяло. Рыжая коса свисала с подушки. Надежда Сергеевна читала при свете ночника. Глянув на Альбину поверх очков, она тепло улыбнулась.
– У вас всё в порядке, Надежда Сергеевна? Почему не спите? Как самочувствие?
– Всё хорошо, Альбиночка. Просто не спится – решила почитать. Не тревожьтесь за нас, у вас и так дел по горло. За Лией я присмотрю.
– Благодарю. Если что – зовите.
Войдя в шестую палату, Альбина сразу же направилась к кровати у окна. Беспальская сидела в мягком свете ночника, покачиваясь из стороны в сторону.
– Ксения Степановна, как вы? Что беспокоит?
– Альбиночка! Опять не даём вам спать, бедняжкам? – запричитала старушка.
– Давайте сначала с вашими проблемами разберёмся, а выспаться успеем. Жалуйтесь, не стесняйтесь.
– Ох, не знаю… Всё болит. Особенно колени, будь они неладны! Что за напасть такая!
– Эта напасть называется метеобуря. Ну-ка, посмотрим ваши колени.
Альбина помогла ей лечь и вытянуть ноги, мысленно настраиваясь на боль.
– Закрывайте глазки, Ксения Степановна, и постарайтесь расслабиться.
Беспальская послушно закрыла глаза. Вот и отлично, не надо подсматривать. Альбина положила руки на её колени и мягко позвала боль к себе. Ладони запульсировали теплом, озарились едва заметным свечением. Не всё так страшно. Нужно совсем немного этаны, буквально капельку. И колени, и поясничку – всё починим…
