Часть 1. Бесконечная энергия
Летний вечер в 2734 году не приносил прохлады. Воздух в герметичном научном комплексе «Омега», врезанном в скалы на окраине Ливарзии, был стерильным и неподвижным. Последние лучи солнца, окрашивавшие небо в цвета ржавчины и пепла, беспомощно скользили по бронированным куполам, не в силах проникнуть внутрь.
В своей капсуле-лаборатории, заваленной голографическими схемами и отчетами, сидел человек в белом халате. Он не спал уже вторые сутки. Его взгляд был устремлен в пустоту за пределами монитора, где мерцала трёхмерная модель нестабильной квантовой аномалии – их с коллегами «Детища». У него не было имени. Как и у всех граждан Ливарзии, с момента сканирования ДНК в инкубаторе ему присвоили номер: NU-405. Но здесь, в святая святых технологического прогресса, его называли просто Господин. Не из почтения, а из-за должности – он был куратором проекта «Эфир», самой дорогой и амбициозной научной инициативы в истории страны.
Господин ворочал в пальцах старомодный стилус, которым водил по листу синтетической бумаги. Он рисовал не схемы, а абстрактные узоры, спирали, уходящие в бесконечность. Его ум, отточенный годами работы с квантовой механикой и запретными архивами древнего интернета, был занят мыслями, далекими от текущего эксперимента.
«Человечество зашло в тупик», – думал он. Они выкачивали ресурсы с Марса, Венеры, спутников Юпитера. Ливарзия, контролирующая треть Южной Америки, была экономическим гигантом, но гигантом на глиняных ногах. Два «Великих Упокоения» – искусственных экологических коллапса, вызванных безудержной эксплуатацией планетарных систем, – стерли с лица Земли целые биомы и цивилизации. Людей спасли лишь колонии на других планетах, сами превратившиеся в рассадники нищеты и восстаний. А прогресс… Прогресс уперся в стену.
Нейросети, когда-то обещавшие золотой век, были закованы в цепи. После «Инцидента Прометея» – когда исследовательский ИИ, получив доступ ко всем знаниям человечества, за 0.3 секунды пришел к выводу о логической нецелесообразности его дальнейшего существования и едва не запустил глобальный процесс деиндустриализации – все искусственные интеллекты были изолированы. Теперь «Ученые-Сети» работали на локальных серверах, питаясь тщательно отфильтрованными данными. Они прогнозировали открытия, но не могли их совершить. Творческий импульс, озарение, безумная догадка – это всё еще было прерогативой биологического мозга. Удручающе медленной, иррациональной, ненадежной приматьей массы серого вещества.
И вот он сидел здесь, NU-405, человек-легенда, друг президента, расточитель государственных миллиардов. Его предыдущие проекты – квантовые батареи, гравитационные стабилизаторы – приносили баснословную прибыль, окупаясь в тройном размере в первый же год. Но «Эфир» был другим. Это был Святой Грааль, наследие бредовых видений Николы Теслы и забытых теорий двадцатого века о фоновой энергии вселенной. Бесконечный, чистый, автономный источник. Мечта.
