ПРОТОКОЛ БЕССМЕРТИЯ
роман
АКТ I. АНОМАЛИЯ
Глава 1. Девять утра в мире, где смерть не окончательна
Максим Орлов не боялся смерти.
Это не было храбростью – это было профессиональной деформацией. За шесть лет работы в Nexus он видел смерть как технический процесс: сначала тело, потом данные. Биосигналы уходили в ноль, сенсоры фиксировали момент, и в течение следующих семидесяти двух часов личность человека перетекала в систему. Аккуратно. Методично. Как архив, который переносят с одного сервера на другой.
Он не думал об этом как о чуде. Он думал об этом как о трубопроводе.
В 9:07 утра 14 марта 2042 года Максим вошёл в офис Nexus на двадцать третьем этаже башни в центре Москвы, поставил кофе на стол, открыл три окна мониторинга и начал проверять ночные показатели. Рутина. Сто шестьдесят четыре тысячи активных личностей в системе – все в норме, все в допустимых границах. Флуктуации когнитивной плотности – в пределах протокола. Индексы связности – зелёные.
Он работал в отделе стабилизации. Если хотите понять, чем он занимался – представьте психиатра. Только его пациенты уже умерли.
Иногда цифровые личности распадались. Не сразу – постепенно, как деградирует нейронная сеть без обновлений. Сначала появлялись артефакты: странные паузы в речи, неожиданные тематические провалы, повторяющиеся паттерны. Потом – более серьёзные симптомы. Личность теряла связность, начинала противоречить сама себе, отвечать невпопад. В финальной стадии – распад. Система фиксировала это как «критическую деградацию», и личность уходила в архив. Второй смерти не существовало – официально. Но Максим знал, что архив – это эвфемизм.
Его работа состояла в том, чтобы этого не допускать.
В 9:23 пришёл флаг.
Не красный – жёлтый. Жёлтые флаги он получал по несколько штук в неделю: какая-нибудь личность вышла за пределы поведенческого профиля, требует проверки. Обычно – ничего серьёзного. Обычно он смотрел логи, находил объяснение, закрывал кейс.
Номер личности: 7741-Карин.
Максим открыл файл.
* * *
Карин Зандер умерла восемь месяцев назад в возрасте пятидесяти четырёх лет. Онкология, быстрая. Была загружена в Протокол стандартным путём – Nexus работал с несколькими берлинскими клиниками, и Зандер подписала согласие ещё за три года до смерти, как большинство образованных людей её поколения.
При жизни – биохимик. Специализировалась на белковом фолдинге. Активная пользователь Протокола ещё до смерти: регулярно консультировала систему, передавала исследовательские данные. Лояльный, хорошо документированный субъект. По всем показателям – образцово стабильная личность.
