Меня разбудил не голос.
Здесь вообще ничего не разбудит – ни гром, ни землетрясение, ни крики людей. Только тишина. Стерильная. Безвкусная.
Я открыла глаза, глядя в белый потолок, освещённый ровным светом ламп. Ни одного пятна, ни трещинки. Всё вокруг выглядело так, будто мир ещё не успел начаться.
Я снова здесь. На "Востоке".
Секретная база, затерянная где-то между выжженной пустошью и ледяным хребтом. Место, где научная этика давно умерла, уступив место одержимости.
Меня зовут Джинджер Остин. Двадцать лет, метр семьдесят пять, короткие волосы цвета пепла и глаза, которые всегда видят чуть больше, чем хотелось бы. Говорят, я особенная.
Они нашли у меня ген. Один-единственный фрагмент ДНК, из-за которого учёные на этой базе теперь не могут спокойно спать.
По их теории, я – ключ к бессмертию.
По моей – я просто стала объектом в их грёбаном эксперименте.
– Код 75 бодрствует, – раздался голос в динамике. Механический, ровный. Ни намёка на эмоции.
Код 75. Не человек. Не Джинджер. Не "она".
Я потянулась, хрустнула пальцами – единственное, что мне здесь пока не запретили.
– Ну что, начнём утренний цирк? – пробормотала я и встала. Халат до колен, белый, как и всё остальное. На коже – холод. Внутри – раздражение, замешанное на отчаянной воле не сойти с ума.
Меня ждала Комната 12.
Там – учёные. Трое. Все в масках, с планшетами и жадными глазами, которые прятались за стеклом.
– Джинджер, мы хотим провести ещё одну серию тестов, – начал один из них.
– Удивительно. Почти поверила, что вы тут из альтруизма, – отозвалась я. – Может, для разнообразия дадите кофе, а не очередной коктейль из неизвестных препаратов?
Они не отвечают. У них другая задача.
А у меня – выжить. Ну, или постараться.
Пока я не выясню, кто я для них на самом деле – ошибка природы или последнее спасение человечества.
Не смотря на это двое из них быстрым шагом подошли к двери и указали мне на выход. Снова какая-то ходьба по лабораториям?
Меня провели по длинным коридорам, где свет был чуть ярче, чем нужно, а полы – идеально гладкими. Тишина стала почти осязаемой. Я снова чувствовала себя птицой запертой в клетке, в которой не было ни двери, ни окон, ни воздуха.
Как долго это ещё будет продолжаться?
Мы подошли к огромной металлической двери, с которой началась ещё одна часть моей несчастной жизни на "Востоке".
Ведущий меня охранник остановился у двери и, не произнося ни слова, нажал кнопку на стене. Дверь отворилась.
Внутри – Ллойд Баркли. Он стоял у стола, в углу где почти нет света, не глядя на меня, но я почувствовала его присутствие. В комнате было слишком тихо, чтобы не заметить, как его взгляд прокладывает свой путь сквозь воздух.