Dies ist kein Liebeslied
Es ist kein schönes Lied
Dies ist kein Liebeslied
Und trotzdem werdet ihr es lieben
OOMPH!
Kein Liebeslied
— Ты здесь у нас не задержишься, — пристально посмотрев на Пашу, сказал мужик, который представился ему как Матвей.
— Чо это? — обиделся Паша. Вот так сразу, даже толком не познакомившись — и заявлять такое.
— Жопой чую, — исчерпывающе объяснил Матвей и кинул ему форменный комбинезон. — Переодевайся.
Пашка надулся, ушел в угол и там переоделся. Да плевать, что все видят его трусы и носки, — собственно, никто, кроме Матвея, на него смотреть не мог, а тот вообще отвернулся.
Потом заступил на смену — заправщиком на бензоколонке. И понеслось — поздоровайся, спроси, какого бензина изволите — или, может, дизтоплива, — открой бензобак, вставь шланг, верни на место, пожелай счастливого пути. И так — весь день.
Честно, в первую смену Пашка вымотался. Руки отваливались. Ноги тоже. Постоянно хотелось рухнуть куда-нибудь в горизонталь прямо здесь и сейчас, и уснуть. И во вторую смену тоже, и в третью.
А потом понемножку-потихоньку, но привык.
Через две недели он проводил все манипуляции со шлангом на раз-два, и умудрился еще находить время для посидеть в телефоне.
Оказалось, что на бензоколонке было не так плохо. Продавщицы-кассирши отдавали бесплатно просроченные бургеры и круассаны, а дармового кофе из заправочной кофемашины можно наливать хоть залейся.
К отцу Пашка решил не возвращаться: на этот раз поругались они серьезно. Отец держал два автомагазина — в их райцентре и в соседнем. Пашка долго работал у него и думал, что он по сравнению с другими ваще в ажуре. Пока однажды узнал сколько отец платит другим продавцам, а сколько — ему.
Естественно, начал возмущаться. Отец гавкнул, чтобы он заткнулся, мол, благодарным надо быть, Пашка сам и пальцем о палец не ударил, чтоб работу найти, ему и так все на блюдечке принесли. И что зарплату повышать не будет. Пашка психанул и заявил, что на любой сраной заправке и то больше заработает. Папаша пожелал ему попутного ветра в горбатую спину, и Пашке ничего не оставалось, как лететь в сторону ближайшей заправки.
«Исполняешь — не ссы, — повторил он сам себе. — Ссышь — не исполняй».
Ну, он же исполнил. Чё теперь. Отец спросил только, правда ли, что он на заправке работает, и уточнил, на какой именно. Чтобы туда не заезжать никогда, как он сказал, не позориться.
Сегодня они оказались в ночной смене вдвоем с тем самым мужиком Матвеем. Нормальным он оказался, ну, может, тугодумом слегка. Собственно, в ночь должен был дежурить только один заправщик, но в кадрах что-то там нахуевертили, программа сбилась, что ли, и несколько ночных смен подряд на этой заправке был обеспечен прямо вип-сервис. А Пашка и рад был: в такие смены платили больше.
