ПРЕДЕЛ КОГЕРЕНТНОСТИ
«Все модели неверны, но некоторые полезны.»
Джордж Бокс
КРИТИЧЕСКОЕ РАССОГЛАСОВАНИЕ
Добыча гелия-3 в кратере Шеклтона была войной за ватты и миллиметры. Здесь цена любой ошибки измерялась литрами кислорода, а успех зависел от того, увидит ли локатор жилу до того, как бур превратится в мусор.
В кабине ровера «Заслон-К» пахло озоном, техническим спиртом и реголитом. Дмитрий Яров, ведущий инженер АО «ЗАСЛОН», привык к этому. Для него это был запах штатной работы.
— Мистер Яр-р-рофф… — Миллер запнулся на фамилии. — Слушай, Ди… У вас в Питере специально выдают такие имена, чтобы шпионам было сложнее докладывать?
Яров не повернул головы. Его пальцы методично вводили поправки в блок фильтрации локатора «Заслон-Гео 76».
— Называй меня «Яр», Миллер. Сэкономишь время. И убери локоть с пульта. Криостат детектора на пределе. Ты создаешь тепловой шум, который система не компенсирует.
Миллер, оператор от «Аксиомы», нехотя отодвинулся.
— Яр, у нас окно в сорок минут. Если изделие Семьдесят Шесть не даст картинку разреза, корпорация выставит вам неустойку.
— Он даст картинку, если ты перестанешь греть кабину, — Яров указал на монитор. — Смотри на сдвиг. На восьмидесяти метрах — циклическая деформация среды. Частота 3 Гц. Это переменная плотность с четким периодом. Внизу источник колебаний, который не вписывается в модель.
— Сейсмика от базы? — быстро спросил Миллер.
— Исключено. Спектральный анализ отсекает внешние шумы. Проблема в другом: амплитуда этой вибрации вызывает декогеренцию в детекторе. Если я не ограничу мощность, фазовый шум среды схлопнет состояние пар фотонов. Мы потеряем калибровку.
Яров чувствовал, как затекла поясница. Мозоль на ладони саднила под перчаткой. В 2076 году на Луне не было личного пространства; был только общий тепловой контур, который сейчас перегревался.
