Элион нашёл меня на нижней террасе, когда я уже перекинула ногу через ограду.
— Лестница левее.
Я замерла, держась за нагретый солнцем камень, и оглянулась. Брат стоял в дверях галереи. Судя по выражению лица, за моими приготовлениями он наблюдал уже некоторое время.
— Я знаю. Но там придётся пройти мимо кабинета отца.
— А здесь — мимо его окна.
Я посмотрела вверх. С террасы окно было не видно, и я совершенно упустила его из виду, когда выбирала маршрут.
— Отец сейчас на совете.
— Тогда тебе повезло.
Элион подошёл к ограде и заглянул вниз. Под террасой тянулся узкий карниз, с которого можно было перебраться на крышу галереи, а дальше спуститься в сад. Я проделывала это дважды. Во второй раз пришлось возвращаться за туфлей, но в остальном путь был вполне удобным.
Брат протянул руку.
— Давай обратно.
— Я не упаду. Там есть за что держаться, просто отсюда не видно.
— Верю. Но садовники уже заметили следы на крыше. Если они увидят ещё и тебя, к вечеру здесь появится решётка. Подумай о следующей прогулке.
Это был убедительный довод.
Я позволила помочь мне вернуться на террасу и отряхнула ладони. На светлой ткани у колена осталось серое пятно. Элион посмотрел на него, но замечания делать не стал.
— Только не говори маме, — попросила я. — Она решит, что мне нечем заняться, и завтра до самого ужина я буду слушать историю какого-нибудь пограничного спора.
— У тебя сегодня больше нет занятий?
— До ужина я свободна.
— Тогда успеем погулять.
Он направился к лестнице. Я поспешила следом, на ходу пытаясь стереть пятно с колена.
Нижние ступени были усыпаны мелкими лепестками. По утрам их сметали, но к полудню ветер приносил новые из сада. За деревьями шумела река; с противоположного берега доносился стук — там уже несколько дней чинили деревянный причал. Кто-то работал молотком, а кто-то гораздо громче объяснял, как следовало это делать.
Элион шёл медленно. Обычно мне приходилось прибавлять шаг, чтобы не отставать, но сегодня он словно никуда не спешил. У поворота лестницы край его крыла оказался совсем близко, и я коснулась длинного светлого пера.
Брат остановился.
— Можно? — спросила я.
— Тебе — можно.
Я осторожно провела пальцами ниже. Перо подалось под рукой и вернулось на место. Вблизи крылья были не совсем белыми: между перьями лежали мягкие тени, а на изгибе проступал серебристый блеск. Мне нравилось смотреть, как он меняется при движении.
— Ты почувствовал заранее, что они появятся?
Элион повернул ко мне голову.
— Нет. В тот день я о них не думал.
— Совсем? Я бы только об этом и думала.
