Ночь давно перевалила за середину. Лес немного притих; лишь надоедливые насекомые стрекотали и жужжали на все лады. Сэр Гальдовар бросил в прогоревший костер еще одну ветку. Ему самому не было холодно, а вот юный подопечный мог и замерзнуть.
Прямо сейчас юноша спал, завернувшись в дорожный плащ, как гусеница в кокон. Будь они оба живыми, ему вскоре пришлось бы сменить рыцаря на дежурстве у костра. Но это не требовалось. Мертвым сон не нужен. Так же как не нужны тепло, еда, и прочие вещи, нехватка которых плохо сказывается на живых.
Пламя сжевало ветку, выбросив в воздух сноп искр. Рыцарь недовольно отодвинулся. С утверждением, что жар костей не ломит, он бы поспорил. Пусть лично его кости были надежно защищены доспехами, от близости огня начинали ныть ребра и почему-то зубы. От холода неприятных ощущений не было. Сэр Гальдовар периодически размышлял над этим, и пришел к выводу: всему виной долгое пребывание в могиле.
Юный герцог завозился под плащом, что-то бормоча сквозь сон. Мысли Гальдовара перескочили на его новые обязанности. Как старому герцогу удалось уговорить рыцаря стать сопровождающим для его единственного наследника?
Ах да, сначала был рехнувшийся болотник, который, не довольствуясь мелким скотом и лесной живностью, решил закусывать детьми. Сэр Гальдовар, удачно проезжавший мимо, долго не думал. Охота на болотника вышла долгой, сложной и неприятной. Сколько раз рыцарь с головой уходил в трясину, было не перечесть. Зловонная жижа наполняла доспехи до самой макушки, а потом противно сочилась обратно. Но болотника он настиг и уничтожил. А потом всю ночь сидел в реке, выбрав место, где было самое сильное течение. Небеса свидетели, он в тот момент сам почти ничем не отличался от болотника. А потом пришлось весь день сушиться, на солнышке, взобравшись на продуваемый всеми ветрами пригорок. Меньше всего Гальдовару хотелось, чтобы его доспехи заржавели.
На этом самом пригорочке его и нашли люди старого герцога. Со всем почтением, будто он действительно рыцарь, а не поднятое некромантом умертвие, Гальдовара пригласили погостить в замке.
Когда-то давно, в бытность свою живым, сэр Гальдовар неплохо справлялся со светской стороной рыцарского звания. Сейчас же ему было несколько неуютно. Являться на прием к Его Милости в доспехах, да еще … кхм, попахивающих болотом, было дурным тоном. Но представить себя-нового, разодетого в парадный наряд, рыцарь не мог. Это и вовсе отдавало шутовством. А всё, что у него осталось, это его честь. Ну и меч, конечно.
Его Милость к церемониям, положенным по этикету, отнесся равнодушно.
