Посмертный эпикриз
Глава 1. Возвращение
Метро пахнет по-особенному в этот час — уже не вечерней давкой разгоряченных тел, но еще и не утренней стерильной пустотой. Пахнет сыростью, нагретой пылью на лампах дневного света, металлической окалиной, которую ветер гоняет по тоннелям десятилетиями, и чем-то еще — тем особым запахом подземки, который не выветривается никогда. Он въелся в бетон, в мраморную крошку полов, в обивку сидений, в поручни, за которые держатся миллионы рук. Запах усталости. Запах обреченности. Запах людей, которые каждый день спускаются под землю, чтобы перебраться из одной точки города в другую, и никто из них не думает о том, что находится за стенами тоннеля. О толще земли. О темноте. О том, что отделяет их от этой темноты всего лишь слой бетона и керамической плитки.
Артем сидел на жестком сиденье, прижимая к себе рюкзак с конспектами по патологической анатомии, и смотрел в темное окно напротив. Точнее, пытался смотреть. Окно отражало его самого — парня двадцати одного года, среднего телосложения, в красной клетчатой рубашке, надетой поверх белой футболки, в синих джинсах и стоптанных кроссовках. Лицо бледное, под глазами тени, которые не проходят даже после восьмичасового сна. Волосы русые, давно не стриженные, спадают на лоб. Взгляд усталый, немного затравленный. Такой взгляд бывает у людей, которые привыкли ждать подвоха от каждого темного угла, от каждого незнакомого звука, от каждой случайно брошенной фразы.
Паранойя — его старый спутник. Диагноз, поставленный еще на втором курсе университетским психиатром, которого Артем посетил ровно один раз, после того как месяц не мог спать, проверяя по десять раз, заперта ли входная дверь. «Тревожно-параноидное расстройство личности, легкая форма», — было написано в заключении, которое он так и не отдал в деканат. Зачем? Стигма психического заболевания среди будущих врачей — это клеймо на всю карьеру. «Сам справлюсь», — решил он тогда. И справлялся. Более-менее. Иногда таблетки, иногда дыхательные упражнения, иногда просто усилие воли, чтобы не обернуться на звук шагов за спиной в пустом переулке.
Сегодня шагов за спиной не было. Сегодня вообще все было тихо и обыденно. Артем ехал домой после долгого дня. Сначала четыре пары — две лекции и два семинара. Потом отработка в анатомичке, где они с одногруппниками препарировали ткани под наблюдением вечно недовольного профессора Маслова. Потом библиотека, конспекты, подготовка к зачету. Зачет через неделю, а материала — гора. Артем чувствовал, как в висках пульсирует тупая, знакомая боль — спутник переутомления и недосыпа.
