ГЛАВА 1: ТРАВНИЦА ИЗ ГЛУШИ
В деревне Медовый Ручей меня знали как Айку – худощавую молчаливую девушку, что поселилась пять лет назад в крайней избе у самого леса. Слишком тихую для своих лет, слишком осторожную для деревенской дурочки, слишком… незаметную.
Именно такой я и старалась быть.
– Айка! Айка, проснись уже, солнце жопку жжёт!
Я вздрогнула и чуть не свалилась с лавки. В ставни колотили кулаком так, словно собирались высадить дверь вместе с петлями.
– Да встаю я, встаю! – крикнула я, натягивая платье прямо поверх сорочки. – Что случилось, тётя Глаша?
– У Михея корова разродиться не может! Беги скорее, пока совсем не загнулась бурёнка!
Я закатила глаза, но спорить не стала. Корова Михея – это вам не шутки, это полдеревни молоком обеспечивает.
Схватив свою корзинку с травами, я выскочила на крыльцо и чуть не столкнулась нос к носу с тётей Глашей – дородной женщиной лет пятидесяти, которая считала себя моей "деревенской мамкой" и регулярно пыталась меня причесать, накормить и выдать замуж.
– Опять не спала ночью? – подозрительно прищурилась она, оглядывая моё бледное лицо. – Мешки под глазами, как у старосты после сбора податей.
– Травы сушила, – привычно соврала я. – Сезон, знаете ли.
На самом деле я опять видела тот сон. Пламя, крики, и чьи-то руки, выталкивающие меня в окно, пока за спиной рушится всё, что я когда-то любила.
Пять лет прошло, а он всё возвращается.
– Ладно, – тётя Глаша махнула рукой и перешла на шёпот: – Ты это… осторожнее сегодня. Мужики в лесу следы видели. Не звериные.
У меня внутри всё похолодело.
– Чьи же?
– Тёмные, говорят. Будто кто-то прошёл, а трава почернела. Лорд бы наш северный разобрался, да где ж его теперь найдёшь? – тётя Глаша перекрестилась на всякий случай. – Говорят, он уже месяц в Цитадели сидит, никого не принимает.
Лорд Северных земель. Холодный, как его ледяные скалы, и страшный, как сама смерть. Я слышала о нём только вполголоса пересказанные истории – что он проклят, что его прикосновение превращает в лёд, что у него нет сердца.
Мне ли бояться сказок? Я сама живая сказка. Только страшная.
– Спасибо, тётя Глаша, – кивнула я и побежала к Михею.
–
Корову я спасла.
В этом я была хороша – лечить. Пальцы сами находили нужные точки, отвары получались такими, что даже безнадёжные больные вставали на ноги. Дар, доставшийся от матери, которую я едва помнила. От всего рода, которого больше не существовало.
– Ну ты чародейка, Айка! – Михей, здоровенный мужик с рыжей бородой, смотрел на меня с таким восхищением, будто я воскресила мёртвую. – Чем тебе отблагодарить-то?
