Пролог
Лёгкий прохладный ветерок залетел в приоткрытое окно, всколыхнул тонкие кружевные занавески, зашуршал разбросанными по столу пожелтевшими листами, исписанными мелким витиеватым почерком. В комнате стало совсем темно, но Лаврида не спешила зажигать магические светильники. Ни в коем случае нельзя было выдавать своё присутствие. Ведьма замерла и прислушалась, не стучат ли по булыжной дороге тяжёлые сапоги королевских охотников. Тишина. Город медленно погружался в вечернюю дрёму.
Лаврида продолжила сборы, складывая в большую коричневую сумку маленькие пузырьки с драгоценными зельями, артефакты и бесценные записи. Она прекрасно ориентировалась в своей неприметной уютной каморке, последние годы служившей надёжным пристанищем. Но всё в этом мире имеет свойство заканчиваться, вот и её пребывание в Лиане подходило к концу. Для таких, как она, в столице стало слишком опасно.
Единственный фиолетовый глаз смотрел зорко, подмечая все детали. Лаврида поправила чёрную повязку, скрывающую пустую глазницу. Вечное напоминание, что от слуг короля не стоит ждать ничего хорошего. Хотя повязка совсем не испортила её лицо, напротив, придала дикой эльсийской красоте остроты. Высокая, тонкая, изящная, с бледной кожей и угольно-чёрными волосами, в своё время ведьма разбила не одно сердце. И хотя прожитые годы никак не отразились на её внешности, желание очаровывать мужчин заметно поубавилось.
Облачившись в серый дорожный плащ и натянув на голову капюшон, Лаврида выскользнула через заднюю дверь, растворяясь в темноте наступающей ночи. На улице уже зажглись магические фонари. Бедные горбатые домишки взирали на мир низкими желтоватыми окнами. Тяжёлое небо, затянутое грозовыми тучами, неустанно давило на плечи. Лаврида шла быстро, её ноги, облачённые в мягкие кожаные сапоги, бесшумно касались земли.
Ведьма почувствовала преследователей раньше, чем увидела, и ускорила шаг, хотя и понимала, что сбежать не получится. Она не успела уйти вовремя, слишком долго собиралась. Лаврида прожила на одном месте длительное время, непростительная роскошь для Обречённой. Кто бы мог подумать, что и она совершит распространённую ошибку: успеет накопить ценные вещи. Ведьма просто не смогла оставить редкие артефакты и драгоценные зелья. Вот только теперь корила себя за жадность: мёртвой они вряд ли ей понадобятся.
Три высокие широкоплечие мужские фигуры появились из-за поворота. В искусственном свете магических фонарей блеснули золотистые плащи.
— Это она? — прозвучал хрипловатый голос.
— Именем короля, Лаврида Эльсия Дармунд, приказываю тебе остановиться! — прокричал другой охотник и ускорил шаг.
