Тем, кто отдавал свои желания ради других.
Тем, кто оставался пустым, но продолжал ждать.
И тем, кто приходил — даже когда никто не обещал вернуться.
Это не магия. Это просто выбор.
Пролог
Песок в часах брата пошёл вспять.
Мира увидела это, когда вошла в комнату с чашкой чая. Стеклянная колба на его тумбочке, та самая, что стояла там неподвижно семь лет, вдруг ожила. Золотые крупинки больше не падали вниз — они поднимались, собираясь вверх, к узкому горлышку.
Она выронила кружку. Фарфор разлетелся осколками, чай расплылся тёмным пятном по паркету.
— Нет, — выдохнула она. — Только не сегодня.
Брат не шевелился. Его лицо было белым, как молоко, а под глазами залегли лиловые тени. Он дышал, но так тихо, что Мира на секунду испугалась — а дышит ли вообще?
Она подбежала, схватила его руку. Ледяная. Пульс — еле уловимый, как последний удар метронома.
Песок поднимался всё быстрее.
Мира знала, что это значит. Ей рассказывала бабка, ещё когда они жили в деревне. «Когда в часах жизни песок идёт обратно, значит, душа решила уйти до срока. Обратно не повернуть, если только...»
Бабка тогда не договорила. Умерла на следующий день.
Мира кинулась к шкафу, вывалила на пол книги, свитки, банки с засохшими травами. Руки дрожали. Где-то там, между страниц старого дневника, была та самая страница с рецептом. Она помнила только одно слово, выведенное бабкиным корявым почерком:
«Расплата»
Она нашла дневник. Раскрыла наугад. И замерла.
Рецепт был там. Три ингредиента. Два она сможет достать за час. Третий... Мира перечитала строку три раза, надеясь, что ослышалась.
«Желание, отданное добровольно и без обмана».
За окном зажглись уличные фонари. Часы на стене показывали ровно шесть вечера.
До полуночи оставалось шесть часов.
Песок в часах брата поднялся уже на треть.
Мира схватила плащ, сунула дневник в рюкзак и выбежала из дома. Она не знала, где найдёт того, кто согласится отдать своё желание. Она знала только одного человека — вернее, не человека, — который мог знать, где такое искать.
Демон-барахольщик из подвала старой кофейни.
Мира бежала по тёмным улицам, а песок в её памяти всё сыпался и сыпался вверх, отсчитывая не время, а то, что осталось от её брата.
Глава 1
Кофейня называлась «Угол».
Мира никогда не замечала её раньше, хотя проходила мимо этого переулка сотни раз. Маленькая деревянная дверь, втопленная в стену между прачечной и магазином оптики, без вывески, без света. Только едва заметный запах корицы и старой бумаги, если подойти вплотную.
Она толкнула дверь. Та поддалась с противным скрипом.
Внутри было темно. Свет просачивался только через щели в ставнях, рисуя на полу полосатых котов. Пахло сыростью, железом и... базиликом? Мира сделала шаг, второй, нащупала рукой стену. Пальцы наткнулись на деревянную лестницу, уходящую вниз.
