Он очнулся от того, что солнце выжигало ему сетчатку сквозь веки. Мир был алый, пульсирующий, а в висках сильно стучало. Первым пришло осознание боли — не общей, а конкретной, острой и неумолимой. Она горела белым огнем в левой ноге, чуть выше колена, сжимая мышцы стальной хваткой.
— Контужен… Ранен… — хриплый шепот, больше похожий на скрип песка, сам собой сорвался с его потрескавшихся губ.
Майкл заставил себя приоткрыть глаза. Небо над ним было неестественно синим, бездонным и безразличным. Он с трудом приподнялся на локтях, тело отозвалось протестом каждой мышцы, каждый сустав скрипел от обезвоживания. Песок, набившийся под бронежилет и в волосы, скрипел на зубах.
И тогда он огляделся
Ужас пришел не сразу. Сначала было просто недоумение. Обломки. Искалеченный металл, неестественно блестящий на фоне блеклой земли. Клочья обшивки, похожие на кожу содранного гигантского зверя. И… тишина. Такая абсолютная, что в ушах звенело от ее гула. Ни криков, ни стонов, ни шипения поврежденных систем. Только шелест раскаленного ветра, перекатывающего песчинки по фюзеляжу.
«Где все?»
Мысль пронзила мозг ледяной иглой. Он вскочил на ногу — хорошая, сработала. Левая подкосилась, и он едва удержался, снова ощутив ту самую жгучую боль. Рана. Но выжил. А остальные?
Внезапно его взгляд упал на тень от обломка. Она была короткой, резкой — солнце стояло почти в зените. Сколько он пролежал? Паника, липкая и холодная, начала подбираться к горлу. Он был один. Совершенно один посреди этого выжженного металлического кладбища, под палящим куполом неба.
24 часа назад
Аудитория пахла свежей краской, пылью и напряженным потом двадцати молодых мужчин, застывших по стойке «смирно». Генерал Стоун, его лицо напоминало карту сражений — все в жестких складках и холодных, оценивающих глазах, — отбивал каждое слово, будто гвозди в крышку гроба.
— Дорогие бойцы! — его голос, лишенный всякой теплоты, звенел, как клинок, вытаскиваемый из ножен. — Министерство обороны доверяет вам операцию «Песчаный Сокол». Задачи высочайшего приоритета. Детализация — в воздухе. Но суть… — Он сделал паузу, дав каждому прочувствовать тяжесть этого «но». — Суть в том, чтобы вонзить наш флаг в стратегическую точку на территории Мексики. Точку, о которой не пишут в газетах. Вас отбирали, тренировали и закаляли для этого. На вас рассчитывают. Не подведите.
В его словах не было ни вдохновения, ни патриотического запала. Только холодный металл приказа и непоколебимая уверенность в том, что они — расходный, но качественный материал.
