Глава 1
Ночной вызов – всё смешалось. Он вскочил, на автомате принял гигиенические процедуры и уже через несколько минут вышел к ожидавшей его машине. Место действия было известно: бандиты взяли заложников, его группа должна была обезвредить их. Всё шло по накатанной. Бойцы выстроились – напряжённые, злые, рвущиеся в бой. Но он ждал. Он слишком хорошо помнил, как приносил похоронки. Помнил лица женщин, сжимавших бумагу дрожащими руками. Помнил весть о потере кормильца. Помнил, как сам плакал у себя в квартире – тихо, в темноте. Но слёзы не возвращали бойцов. Тех, кого он отправил в бой в мирное время. В бой, которого можно было избежать. Можно было раскатать этих ублюдков танками – вместе с заложниками. Что стоили эти людишки против его бойцов, в которых страна вложила такие средства? Тех, кого не вернёшь и не заменишь. Замена требовала времени, новых вложений, новых жизней. Он считал это неоправданной потерей. Но генералы думали иначе. Им были нужны сводки, показатели, отчёты .Им нужна была форма победы. А цена – неважна. Как говорится, генералы солдат не считают. Это мясо войны. Он отправил бойца в разведку. И словно в подтверждение его мыслей – лес затих. Слабая вспышка. Резкий звук автомата разрезал тишину. Он бросил авторучку и рванул в лес. Очередь снова вспорола ночной воздух. Он бежал, машинально просчитывая траектории пуль. Они уходили глубже в чащу. В нём вспыхнула забытая удаль – та самая, фронтовая. И на секунду он увидел тень. Внезапно животный страх парализовал Егора .В висках забился пульс, сердце колотилось так, словно хотело вырваться из груди. Что-то огромное – немыслимо огромное – падало на него с неба. Оно прижимало его к земле всей своей массой, ломая верхушки деревьев. Только что ничего не было – и вот ослепительно яркий свет ударил в глаза. Это нечто жутко большое устремилось прямо к нему. Свет исчез. И в тот миг – прежде чем пришла темнота – он почему-то смог рассмотреть всё вокруг. Он наконец увидел беглеца. Старик с угловатыми чертами лица сидел на корточках позади него и спокойно закуривал сигарету. И что было самым странным – он смотрел без ненависти. Просто наблюдал. У его ног лежали сумки. Егор подумал: ну вот, старый хрен, всё-таки сделал меня. И, к своему удивлению, даже не попытался сопротивляться. Раньше он всегда боролся до конца. Теперь – нет. Егор попытался вдохнуть – грудь отозвалась тупой болью. Тело не слушалось, словно его вдавили в землю и забыли. Он чувствовал запах сырой хвои, пороха и табака. Старик затянулся. Огонёк сигареты на мгновение осветил резкие, почти каменные черты лица.– Не дёргайся, – спокойно сказал он. – Поздно. Голос был хриплый, негромкий. Не командный .Не угрожающий. Таким говорят о погоде или о дороге.– Кто ты… – выдавил Егор.– Все задают этот вопрос, – усмехнулся старик. – И почти всегда не вовремя. Он выпустил дым вверх, туда, где ещё недавно что-то ломало кроны деревьев.– Ты за заложниками? – продолжил он. – Или за отчётом? Егор стиснул зубы.– Ты стрелял. Мой боец…– Я стрелял, – кивнул старик. – А твой боец был уже мёртв, когда нажал на спуск. Просто ещё не знал об этом .Внутри поднялась злость – вязкая, тяжёлая.– Думаешь, ты умнее? – прохрипел Егор. Старик посмотрел внимательно. Слишком внимательно – будто видел не лицо, а то, что за ним.– Нет. Я просто дольше живу с последствиями. Он кивнул на Егора.– Ты ведь считал .Всегда считал: сколько стоит солдат, сколько времени на подготовку, какой процент потерь допустим.– А себя ты считал? Егор молчал.– Ты думаешь, ты не боишься, – продолжил старик. – Но ты боишься больше всех. Поэтому и ненавидишь генералов. Они делают то же самое, что и ты. Только выше сидят.– Замолчи… – прошептал Егор.– Нет, – мягко ответил старик. – Ты слишком долго молчал. Он докурил сигарету и аккуратно затушил окурок о камень.– Знаешь, почему я здесь? Егор не ответил.– Потому что сегодня ты должен был принять решение. И ты его принял.– Но решение – это всегда дверь. А не победа. Лес снова стал неестественно тихим. Ни насекомых. Ни ветра.– А это… – Егор перевёл взгляд туда, где исчез свет. – Это что было? Старик посмотрел вверх.– Это не «что». Это «когда». Он поднялся, взял одну из сумок.– У тебя будет выбор. Очень простой. Либо ты снова пойдёшь и отправишь молодых умирать, прикрываясь цифрами. Либо останешься здесь и впервые досчитаешь до конца.– А заложники? – выдохнул Егор. Старик усмехнулся.– Вот видишь. Ты всё-таки человек .Он шагнул в темноту – и словно растворился между деревьями. Тело Егора внезапно отпустило. Боль накрыла волной, возвращая реальность. Где-то вдалеке раздались голоса бойцов – тревожные, живые. Он лежал, глядя в чёрное небо, и впервые за много лет понял: страшнее отдать приказ – чем нажать на спуск. Именно поэтому он всё ещё был жив.
