Утро
Мужчина с трудом открыл глаза. В стене тихо щёлкнуло реле, и шторы, как всегда, разошлись ровно настолько, чтобы свет разрушил полумрак спальни. Воздух в комнате стал чуть теплее, чуть суше. Где-то в глубине мебели заворчал фильтр. Всё работало, всё было стандартно – только в груди, как обычно, лежала тяжёлая усталость.
Он поднял руку к уху. Пальцы нашли за кожей маленький выступ – гладкий, холодный. Дёрнул. Из-за уха вышел картридж трансляции снов, тонкий и упорный, как старая заноза. На секунду мир мигнул и потерял в красках.
Сны, создаваемые людьми, намного приятнее, чем настоящие. Эти плашки с ИИ пропускают сны, созданные мозгом, через фильтр, превращая любой сон в красочный цирк, не вызывающий ничего, кроме смеха. Естественно, это самая дешёвая модель. Он поставил картридж в небольшой бокс на тумбочки, не глядя.
У него получалось не глядя почти всё. Сто шестьдесят семь лет – это когда вопроса о том что где находится уже не может возникать. На часах над дверью горело: 09:00.
– Девять, – сказал он вслух, как будто кому-то докладывал.
Голос был спокойный, сиплый, дружелюбный. Голос человека, который давно перестал спорить с вещами. Он сел на край кровати, подождал, пока суставы “включатся”. Кожа на руках выглядела крепкой, почти молодой – ровная, подтянутая. Лицо в зеркале напротив могло бы принадлежать мужчине лет пятидесяти: ровный подбородок, седина в висках, морщины только там, где человек много улыбается или много молчит.
Но глаза… глаза выдавали возраст сильнее паспортов. В них было слишком много увиденного, слишком мало удивления. Он поднялся, осторожно, почти искусно перенеся вес.
Тапки нашли ноги. Кухня встретила его запахом пластика и металла – у старых домов всегда так, когда люди задумались о пластике засорившим планету. Было решено с ним что-то сделать из-за чего теперь всё что может быть сделано из пластика сделано из пластика такие уж особенности времени.
На столе лежала сковорода. Не красивая, но надёжная. Он включил плиту, поставил сковороду, достал яйца. Сначала всё шло гладко: щелчок, белок, жёлток – круглый, серьёзный, как солнце, которому надоело светить. Он добавил соль – двумя пальцами, по привычке интуитивно чувствую нужное количество.
Поставил рядом чашку, налил воду из крана и подождал, пока мелкие частицы что прошли через засорившийся фильтр осядут. Где-то в голове тихо потрескивал интерфейс. Не звук – скорее ощущение, как электричество на сухой коже. Он моргнул, и в уголке зрения на мгновение всплыла прозрачная метка: синхронизация… Потом она дрогнула, распалась на пиксели и исчезла.
