Рождество — светлый праздник, встреча с родными, праздничный стол. Для него всё это было в новинку — слишком тепло и весело, чтобы быть правдой. Но праздник кончился, и Дионис, отбросив предосторожности, шагнул в бездну — прямиком к Аиду.
— Племянник! И ты тут? Все разом решили побеспокоить дядюшку? Ареса я не ждал, а вот ты... припозднился.
— Прости, дядя. Я должен был прийти давно. Но смелости хватило только сейчас.
Аид глухо рассмеялся. Тьма, окутывающая владыку, пугала и давила. Дионис недавно видел, как дядя спорил с Зевсом на Олимпе, — зрелище было жутким. Сейчас за спиной Аида ворочались верные церберы, и бог виноделия невольно сжал кулаки.
— Аид? Почему ты снова пугаешь гостя? — раздался звонкий голос, и Персефона тепло улыбнулась Дионису.
— Я же Аид, — хмыкнул тот. — Это моя работа. Должны же эти негодяи хоть кого-то бояться.
Она театрально закатила глаза
— Мы ждали тебя, не желаешь ли отдохнуть?
Гостеприимство тёти радовало, однако планы у него были иные.
— Спасибо за предложение, но я пришёл не за этим. — Он выдохнул, и в груди стало тесно, будто он был смертным, а не бессмертным богом. — Где она?
— Наконец-то. — Персефона улыбнулась загадочно. — Она ждала тебя.
Она развернулась и пошла вглубь чертогов, прямиком к пленнице. Дионис вопросительно глянул на Аида. Тот молча кивнул, разрешая следовать за богиней.
Они шли долго. С каждым шагом страх сменялся липкой тревогой. Дионис привык быть весёлым и дерзким, но сейчас он шёл с гордой осанкой, за которой прятал дрожь. И вдруг он увидел её.
Она стояла неподвижно, как статуя, с замершим от ужаса лицом. Время остановилось. В этом безмолвии Дионис понял: прощения придётся просить очень, очень долго
.— Оставить вас? — спросила Персефона.
— Оставь — ответил он, не в силах отвести взгляда и продолжил вздыхать. А то, что произошло дальше. Это уже совсем другая история.
4 дня спустя, ночь
У меня снова бессонница. В последнее время не могу нормально спать... не понимаю, с чем это связано, хотя, к сожалению, понимаю. Я и не думала, что всё это время без Криса так на меня повлияет. Я искренне пыталась зацикливаться на выяснении всех тайн, что витали вокруг меня, и не думать о нём, но это казалось невозможным! Особенно после того, что мне стало известно. Я ещё никому не говорила о своей беременности, потому что не знаю, кому можно довериться... да и вообще! Будет лучше, если об этом буду знать только я. Сейчас самое главное — найти ответы на все интересующие меня вопросы. И я с каждым днём нахожусь всё ближе к этим ответам. Мне удалось открыть сундук деда! Наконец-то. Я до сих пор помню, что чувствовала тогда:
