Глава 1 - Обратная дорога
Война закончилась во вторник.
Об этом объявили утром, перед самым отправлением состава. Сначала громкоговоритель над станционным бараком долго шипел и потрескивал, будто не решался произнести такие слова. Потом незнакомый сухой голос прочитал постановление церковного совета, сообщил об окончательной победе и велел сохранять порядок. Будто после стольких лет мы только и ждали случая его нарушить.
Никто не закричал. Кто-то перекрестился, кто-то сел прямо на землю и принялся молча затягивать шнурки на сапогах. Капрал из сапёрной роты засмеялся, но быстро перестал и оглянулся, словно боялся, что его услышат погибшие. Я тоже не сразу понял, что следует делать. Посмотрел на часы, хотя заранее знал, что увижу: стрелки по-прежнему показывали без семи минут четыре.
Состав довёз меня до последней северной станции к вечеру четверга. Дальше железная дорога поворачивала к Столице, а мне нужно было туда, где рельсов не осталось ещё до войны. Мы с поездом расстались без сожаления. Он был набит людьми, шинелями, мешками, костылями, жестяными кружками и тяжёлым молчанием. Четыре дня мы ехали бок о бок, но почти не разговаривали. Каждый боялся спросить соседа, куда тот возвращается и осталось ли там кому его встретить.
Я спустился на перрон последним. Левая нога неудачно попала на край железной ступеньки, и от колена к бедру прошла знакомая горячая боль. Пришлось ухватиться за поручень и замереть. Я сделал вид, будто просто решил осмотреть станцию, хотя смотреть особенно было не на что: низкое деревянное здание с заколоченным окном, почерневший водонапорный бак, поленница под мокрым брезентом и длинная платформа, по краям которой сквозь щели уже пробивалась молодая трава.
Из окна вагона на меня смотрел молодой солдат. Совсем мальчишка — узкое лицо, большие уши, на подбородке редкий светлый пух. Форма на нём была старая, рукав успели дважды заштопать, а церковная кокарда держалась на проволоке. Я хотел сказать ему что-нибудь подходящее. Что всё кончилось. Что теперь будет легче. Что дома его обязательно ждут. Но за последние годы я слишком часто говорил людям то, чего не мог знать, поэтому только кивнул. Мальчишка кивнул в ответ и исчез в глубине вагона.
Поезд дёрнулся, тяжело загремел сцеплениями и медленно пополз вдоль платформы. Пар из-под колёс лёг на землю, закрыл сапоги и на несколько мгновений сделал станцию похожей на место из сна. В окнах проплывали лица. Некоторые смотрели вперёд, некоторые спали, прислонившись лбом к стеклу. Один безрукий солдат пытался открыть зубами кисет. Потом потянулись товарные вагоны, санитарный крест на последнем составе и красный фонарь. Он долго дрожал между рельсами, становился всё меньше, а затем скрылся за поворотом.
