Цветущей вишни сад,
В алые окрашен цвета,
Чувствует она: «Любимый не придет»,
И все же готова всю жизнь его ждать.
Та ночь роковая предвещала беду,
«Не ходи на войну!» — кричала в слезах,
Но жаждал он мирное время создать,
Вот только миром этим не вернуть мертвых.
Алый вечерний закат,
Окрасил вишневый сад,
Но как только солнце зайдет,
Дурное знамение сумерки несут.
Сакуры лепесток на шелке белом,
Алая кровь на старом клинке,
Встречи с любимым она лишь желала,
Там, где их разлучила крови река.
Холодная зима, снег смешался с пеплом,
Звон мечей и ружей, запах алой крови,
Сперт январский воздух от пороха и воплей,
Эхо Тоба-Фусими стало намного красивей.
Сквозь мрак густой,
Сквозь черный дым,
Я принял свой бой,
Забыв, кем раньше был.
Вокруг меня лишь пепел и кровь,
Невинная душа среди вечного ада,
Кричал он во тьму: «От боли избавь!»
Но в душе понимал: «Этот ад не забуду»
Блуждал по руинам земли я родной,
Слезы все высохли, нечем было плакать,
Воздух горчит, словно горький чай,
Душу рвет на части вечная разлука
Яркий восход Фудзияму осветил,
Лепестки сакуры в танце кружат,
Но где-то в горах танцуют клинки,
Искры стали летят в объятия стужи.
Лежат под снегом кровавые стяги,
Мрачное небо озарило те горы,
Погребая под снег пути тех многих,
Чьих амбиций кровавый пазл был собран.
Ветер украдкой колышит листву,
Развевая мои волосы как безмятежный флаг,
Знаю, что перед всеми я страшно виноват,
Хочу, чтоб раскаяния крик их сердец достиг.
Ветра порыв уносил,
Мои горькие чувства в закат,
На том холме я стоял,
Пока семя боли взрастет.
Кричала мне вслед у ворот:
«Любимый, тебя я дождусь!»
И лишь прекрасный твой образ,
В каждом сне я жду.
Серое небо, капли дождя,
Падают на землю, словно кометы,
Среди сгоревших обломков стою я один,
Воздух горчит, как приторная мята.
«Малое зло ради великого блага»,
Но стоит ли это жизней стольких?
Новая эпоха, без гнета и рабства,
Сквозь ад и разруху в той битве январской.
Алый рассвет, кокон из лепестков,
Снег укутал в пелена сотни клинков,
Кровь и слезы погребены под снег,
Унося в небытие тот гнетущий век.
Ветер в саду камней,
Путает твои нежные волосы,
Слышу я ласковое пение журавлей,
Но не слышу вновь твоего родного голоса.
Белый снег под моей ногой,
Становился грязной водой,
Я не знаю, как мне дальше быть,
Как поступать, как дальше жить.
