1.
Люди всё прибывали и прибывали. Она пришла заранее, села в центре в одно из металлических, и оттого холодных, вмонтированных в исполинские каменные ступени лестницы зала ожидания кресел и стала вслушиваться в окружающие её звуки, чтобы не пропустить в шуме работающих гигантских вентиляторов и разговоров людей колокольчик посадки на Поезд, который должен отвезти её в счастье. Ей было абсолютно необходимо сесть на этот Поезд. От этого зависело очень многое, возможно, даже её жизнь, и она ужасно боялась опоздать. И поэтому, сидя в этом каменном зале, вырубленном прямо внутри горы и походящим на гигантскую длинную лестницу, уходящую вниз, туда, где разъезжались в стороны автоматические двери, открывая за собой серый асфальтированный перрон, на котором её и всех остальных пассажиров ждал блестящий чёрно-белый поезд, будто из фантастических фильмов про будущее, она изо всех сил вслушивалась и ждала колокольчик, чтобы с первым его звоном ринуться вниз к дверям.
Зал заполнился людьми почти под завязку. Она прикрыла глаза и вспомнила, как сегодня утром, когда она прихорашивалась в спальне перед отъездом, её неожиданно поразило то, как изменилась их спальня, благодаря новым внутренним дверцам встроенного шкафа, которые она заказала неделю назад, и их установили вчера, на удивление быстро. Этот встроенный шкаф достался им от старых хозяев дома, который они купили в прошлом году. Шкаф очень ей нравился: добротный, просторный, как целая гардеробная, но странный – с почему-то двойными, выстроившимися друг за другом раздвигающимися дверцами. Она никогда не видела такого раньше и не понимала почему они сделаны именно так. Они постоянно заедали и задевали друг за друга, и ей очень хотелось поменять их. И вот наконец её желание исполнилось: она обновила пока, правда, только внутренние двери, отчего контраст между старыми потертыми выцветшими деревянными и новыми светлыми бело-голубыми, сделанными из стекла, вызывал у неё неприятное чувство.
«Нужно обязательно поменять внешние, – подумала она, – обязательно». Закрывая сегодня новые дверцы, она в радостном предвкушении представляла, как муж удивится, когда увидит насколько волшебно они смогли преобразить их спальню: из серой и тусклой она стала удивительно, почти ослепительно светлой, необыкновенно лёгкой и воздушной, а тонкие веточки цветущей сакуры, нарисованные тонкой кистью на нежно-голубом фоне дверей, добавили нежности.
Она открыла глаза и бросила взгляд на маленький, синий, сделанный из плотной бумаги билет на Поезд, зажатый у неё в руке. Неожиданно она нахмурилась: она вдруг поняла, что плохо помнила, как проходила через турникет сегодня, чтобы попасть в зал ожидания, как прикладывала билет к считывателю, как спускалась по этой лестнице; будто она сразу оказалась уже здесь, в этом кресле. «Словно это был сон», – подумала она.
