Планета черной крови
– Здесь не должно быть планеты, – сказал я.
– Да, – кивнул капитан. – Не должно.
Данные на экране подтвердили наши слова.
Вид через иллюминатор их опроверг.
Усталые, голодные и злые, мы смотрели на несуществующую – в теории – планету. Она выглядела такой же, как мы: усталой, голодной… и злой.
– А должны ли здесь быть мы?.. – устало протянул Олфи, штатный доктор псевдофилософских наук, многократный чемпион по фразам невпопад.
Вокруг планеты сгущалась тьма. Я почти физически ее ощущал: тьма ковыряла мне веки. Я говорю не об отсутствии фотонов, не об отсутствии поблизости звезды – планета дрейфовала в открытом космосе, как наш корабль, – нет, речь о чем-то другом.
Даже нас, матерых космических разведчиков, укололо тупыми шипами куда-то в область желудка. Последний раз нечто подобное мы испытывали в детстве, забиваясь в угол, прячась под кровать, чувствуя ирреальный страх перед чем-то ненастоящим. Впрочем, буду говорить за себя. Капитан – тот не факт, что испытывал когда-либо что-либо.
– Она поглощает волны, а не отражает, – почти роботизированным голосом сказал Кол, человек, для которого цифры были роднее людей. – Все виды излучения, всё уходит в пустоту.
– Как черная дыра? – спросил я.
– Да, но дыру мы бы засекли по массе, – Кол нервно постучал по стеклу монитора, – но гравиметрические сканеры молчат. На картах этой зоны чисто. Если бы не глаза, мы бы ее не заметили.
– Погоди. Я, конечно, не эксперт, но если нет отражения, то нет и картинки. Разве не так?
– Так, – подтвердил Кол. – Тем более для глаза, этот прибор уже тысячу лет как устарел. Но в этом весь и фокус. Я пока ничего не понял.
Нам бы следовало обменяться глубокомысленными взглядами, разделить растерянность на всех, ибо с такой хренью мы не сталкивались – и вряд ли кто-либо когда-либо сталкивался. Но нас уже друг от друга тошнило. Поэтому мы просто сидели, пялясь кто куда.
Согласно судовому хронометру, мы должны были закончить тринадцатую экспедицию сквозь восьмую кротовую нору уже сегодня. Теперь скорое возвращение домой оказывалось под угрозой.
Всё из-за этой сраной планеты.
– Запускаем дронов, – сказал капитан. – Посмотрим, что там творится.
– Творить лучше, чем твориться… – сказал Олфи, после чего потянулся и заварил себе кофе. Ему, судя по всему, всё было ок.
Я наконец понял, что над нами довлело. Инородность. Инородность нас, четверых человек, в этой неродной части Вселенной. «Ахиллес», наш разведывательный корабль, висел там, где, согласно всем показателям царила одна пустота. А мы… Мы были слишком материальны.
