Крейсер пронзал космическое пространство, подобно арбалетному болту из дремучего прошлого. Мрачный, ощетинившийся рефлекторами антенн и турелями авто-пушек, корабль производил гнетущее впечатление, заставляя глаза наблюдателя цепляться за дисгармоничность форм корпуса.
Сверху и позади белела пласталь телетрапа «гейта» – принимающей корабли станции, обычно соединённой с планетой орбитальным лифтом. Конкретно этот гейт был «глухим», ведущим в карантинный отстойник для кораблей из грязной зоны.
Двое техников курили на обзорной площадке, равнодушно провожая взглядом отбывающий крейсер – очередное корыто наёмников, загнанное на дезинфекцию после столкновения с остатками некогда бушевавшей на доброй трети региона заразы.
– Это «Ртуть», да? – лениво выдохнул дым первый. В мыслях он уже сдал смену и сжимал тёплый бок супруги. – Стрёмная какая посудина, корявая вся.
– Она самая, вон название на борту, – второй ткнул огоньком сигареты в набирающий скорость корабль, словно указкой, – топ три в рейтинге охотников. Столкнулись с колонией на какой-то луне, вот их и песочили. Потеряли даже кого-то.
– Да и хер с ними, лучше бы роботов научили за порядком следить уже, – раззевался первый, направляясь к двери. – Бывай, пойду пробивать выход. Тошнит от работы.
Корабль равнодушно скользит прочь от станции, наполненный стрекотом сервоприводов, мерным гудением генераторов, вздохами систем кондиционирования. В то же время недалеко от термоядерного сердца крейсера стоят трое мужчин. Руки салютуют рюмками со спиртным. Глаза провожают пустой скафандр на пути в кремационную камеру.
– Это так тупо, что даже не смешно. Просто ушат дерьма на голову. На хрена мы это делаем?
Хмурый здоровяк бормотал себе под нос, пошатываясь от напряжения и алкоголя. Серые глаза под сведёнными густыми бровями сузились до щёлок. Лента конвейера мерзко лязгнула, оставив тело за люком. В окошке полыхнуло оранжевым.
– Потому что так принято на флоте, – отвечавший выделил слово «флот». – Он сам хотел такого прощания.
– Ещё скажи, что он хотел такой смерти.
Стоявший рядом собеседник поставил рюмку на остановившуюся ленту и налил ещё водки.
– Никто бы не хотел.
Третий молча кивнул обоим и вышел. Тёмное помещение давило, напоминая камеру. Нужно было подняться на мостик.
Капитан страшного корабля была совершенно не страшной, на первый взгляд, женщиной. Невысокой, крепкой, затянутой в ребристый компенсационный комбинезон, не скрывающий приятных форм тела. Она молча стояла перед обзорным экраном капитанского мостика и следила за тем, как искусственный интеллект выполняет её команды по уходу в прыжок к звёздам.
