Всё не то, чем кажется, и не наоборот. Конфуций
***
Джорджия, США. 1950 год
Просторный кабинет. Серые стены с многочисленными дипломами в рамах. На полу ковёр в тон стен с коротким мягким ворсом, массивная мебель из тёмного дерева, окно с изящной едва заметной решеткой. В кабинет входит высокий худощавый мужчина в строгом костюме. Он отодвигает стул, собираясь сесть, но бросив взгляд на часы отходит от стола. Стрелки показывают без четверти девять, еще есть время.
Он подходит к окну. Солнце уже ярко освещает двор, большую часть которого занимает газон с коротко подстриженной, сочной травой. Узкие линии дорожек разделяют пространство на ровные квадраты, делая похожим на пирог, нарезанный рукой умелой хозяйки. На газоне фигурки людей в одинаковых бесцветных пижамах. Двор заканчивается высокой живой изгородью, отделяя больничную территорию от жилых корпусов для персонала, за ними виден небольшой белый особняк, окруженный деревьями.
Когда его пригласили на должность главного врача психиатрической больницы, и они с Элли переехали, казалось странным жить в таком месте. Со временем, однако, он нашёл это весьма удобным – работа занимала большую часть дня, а иногда и ночи и плотно сплелась с повседневной жизнью. Его жена, Элли, давно смирилась с этим.
Они познакомились пятнадцать лет назад в больнице Святой Марии – красавица-медсестра и молодой, но уже подающий надежды врач. Выходя замуж, Элли знала, что работа всегда будет для него на первом месте. Обладая спокойным нравом, она легко находила общий язык с коллегами мужа и их жёнами, с удовольствием принимая участие в организации различных мероприятий, а обладая пытливым умом с интересом слушала рассказы о пациентах и исследованиях. Утратив надежду когда-либо стать матерью, она целиком посвятила себя заботами о доме и муже. Для него она была не просто женой, а настоящим другом, которому он мог открыться, не боясь ни зависти, ни осуждения.
Мужчина задумчиво смотрит на фигурки в пижамах: одни бессмысленно ходят по кругу, другие сидят на скамейке или прямо на траве глядя в пустоту, монотонно раскачиваются из стороны в сторону или ведут бесконечный диалог с невидимыми никому собеседниками… Кто-то здесь недавно, а кто-то уже не вспомнит жизни вне этих стен, потерянно блуждая во мраке своего сознания.
С надеждой они приезжают сюда, и всё здесь призвано поддержать эту надежду. Высокие каменные стены неотступно защищают и покой, и секреты от такого беспокойного внешнего мира. Надпись на массивных металлических воротах «Priory Sanatorium» призвана усыпить их тревогу. «Смотри, – шепчет она, – это же не больница, просто ты устал. Нужно отдохнуть, и все придёт в норму…».
