Парадокс убитого дедушки – временно́й парадокс, относящийся к путешествию во времени. Впервые описан в 1933 году в рассказе Натаниэля Шахнера «Голоса предков».
*****
Клим выглянул в окно – на улице до сих пор шёл дождь. Мужчина посмотрел на часы – они показывали всего семь часов вечера, а на улице уже совсем стемнело. Осень. В это время года рано наступают сумерки. И на душе тоже мрачно и грустно. Ещё этот дождь – он не прекращается целую неделю. Следователь Клим Измайлов выключил в кабинете электричество, закрыл дверь и, торопливо сбежав по ступеням, вышел в промозглую морось.
Резкий, достаточно холодный и пронзающий до костей порыв ветра тут же набросился на Измайлова, будто только и ждал его за углом здания. Клим наглухо застегнул довольно лёгкую для этого сезона куртку и быстро приподнял её невысокий воротник. Сделав широкий шаг, мужчина почувствовал противную влагу внутри своего ботинка. Так и есть – попал в выбоину, заполненную противной стылой водой. Раздражённо сплюнув, сыщик бойко прошлёпал по мокрому тротуару в сторону автобусной остановки. Отцовская «копейка», доставшаяся ему в наследство, вторую неделю «загорала» на СТО-шке, и когда будет готова – одному Богу известно.
Стоя на почему-то безлюдной остановке, в данный момент Измайлов мечтал лишь о том, чтобы поскорее приехал его автобус, и он, наконец-то, смог очутиться в относительном тепле (транспорт сейчас ходил такой же, как и этот октябрь, грязный и стылый). И вот Клим заметил на перекрёстке тусклые фары – он! Презрительно фыркнув вонючим газом, автобус с шумом распахнул скрипнувшие двери, приглашая войти. Следователь забрался в полутёмный, почти свободный салон и устало плюхнулся на потрескавшееся сиденье.
По дороге домой Измайлов бесцельно смотрел в мутноватое окно автобуса на вечерний осенний город. Скупой свет фонарей не добавлял ему ни тепла, ни радости. Мужчина вздохнул, думая о докучливости осени, и мечтал о том, чтобы она быстрее закончилась и наступила зима. Клим покорно ехал и думал о том, что сегодня всего-навсего один из тех долгих сырых вечеров, которых ещё так много в этой тягучей осени. За окном уныло шагали промокшие прохожие, под ногами которых чавкала грязь, а лица стыли от холодной воды и безжалостного ветра.
Ещё немного и октябрь сменится ноябрём. На деревьях остались лишь единичные, запоздавшие в полёт листья. Солнце даже днём не торопится выглядывать из-за туч. Воздух пах прелью и грязью. Люди почти не выходили без нужды на улицу. Весь мир, кажется, замер в ожидании белого покрова.
