В ту ночь на небе светила невероятно красивая луна! Огромная, круглая, укрывающая своим мягким светом, как тёплым покрывалом в холодной постели…
Под такой луной любое событие окутывала мистическая дымка, неизбежно даря ему новое значение. И всякое решение, принятое под такой луной, обречено было стать списанным на влияние сиюминутного порыва, продиктованного очарованием небесного светила.
Эта ночь идеально подходила для глупого поступка.
Луна наверху будто обещала, что всё будет хорошо – она не оставит своих подопечных, она продолжит следить за ними, что бы те ни натворили, она знает, что эти несчастные нуждаются в её поддержке и молчаливом наставлении…
Да, казалось, на луну можно было положиться! Ведь луна никогда бы не сказала тех слов, что он сказал:
«Перестань тревожить мой покой. Тебе нет места подле меня: твоя судьба – совсем иная…Ты ещё так наивна и глупа! Ты сама не понимаешь своих чувств. Я велю, чтобы твои вещи перенесли в дальний дворец: с завтрашнего дня я перестаю быть твоим учителем».
Ещё совсем юная низшая бессмертная, сидевшая на краю обрыва Красной Горы, потерла правую щеку рукавом, натянутым на худую бледную кисть, и вновь подняла взор на огромную луну.
Бессмертная пообещала себе, что он пожалеет о своих словах! Уже совсем скоро он поймет, что даже такая глупая и не подающая надежд ученица, как она, может решиться на невероятный по своей смелости поступок!
Её шею всё ещё саднило: две глубокие ранки затягивались, напоминая о незваном госте, что недавно ушел… И если бы юная бессмертная обратила внимание на то, как постепенно восстанавливается ее кожный покров, она бы поняла – скоро всё пройдёт! Само собой. И даже следов не останется…
Но девушка была поглощена своими первыми чувствами – отвергнутыми так безжалостно, – своей первой большой любовью и своим первым поражением… Она достала из кармана маленькую склянку, наполненную водой из Реки Забвения, и опустила на неё не по-детски сосредоточенный взгляд. Отправиться в мир смертных, ничего не помня о себе, и, прожив там счастливую жизнь, вернуться совсем другой личностью казалось ей отличной идеей, пришедшей под этой огромной луной! Тот, другой, сказал, что даже высшие боги с осторожностью идут на испытание судьбой – по возвращении никто не посмеет сказать ей, что она глупа и наивна! Никто не дерзнёт сказать нечто подобное! А она, гордо задрав подбородок, пройдёт мимо молчаливого Бога, уже наверняка раскаявшегося в тех своих словах, и покинет Красную Гору навсегда.
