Охота Акира.
Акир поворошил дрова палкой и снова стал смотреть в огонь. Он думал, что зря подложил два последних полена. Мог обойтись и без них. В доме достаточно тепло, время позднее и можно было бы уже лечь спать. Вот только теперь ему надо сидеть и ждать, когда дрова прогорят, а угли станут пепельно-серыми. Тогда и только тогда можно будет закрыть дверь в хижину, не опасаясь надышаться дымом.
«Два полена можно было приберечь, – подумал Акир. – Два полена сегодня, два завтра. К концу месяца набежит целая куча дров. Можно не ходить за ними один, а то и два дня». Он тяжело вздохнул и вновь продолжил орудовать палкой, ломая самые большие угли, которые то вспыхивали, то вновь потухали.
Мимо прошла жена с ворохом одежды. Остановилась, посмотрела на него. Сказала: – «Снова думаешь о своих дровах?» и, не дожидаясь ответа, пошла дальше. «Дура», – мысленно обругал ее Акир. Как же ему было не думать об этих треклятых дровах. Ведь без них они не проживут. Сейчас поздняя осень. Без огня не приготовишь еду. Холодной, промозглой ночью будешь лежать и клацать зубами.
Главное, конечно, было не это. Главное было то, что это он, Акир, ходил за ними, искал поваленные ветром деревья, рубил и таскал их. И делал он это почти каждый день. С самых малых лет. И в жару и в холод уходил все дальше и дальше, потому что поблизости дров уже не было. Конечно, он будет думать о них, как же иначе.
Она бы лучше сама подумала, что будет, если он заболеет и сляжет. Скажем, злобные духи проберутся к нему в грудь и у него начнется кашель и жар. Скоро придет зима, а печь следует топить дважды в день: с утра и перед сном. Она что ли пойдет за дровами? Пожалуй, она принесет таких дров. Акир хмыкнул, представив, что принесет его жена.
Он снова проверил угли. На этот раз языков пламени на них почти не было, но закрывать входную дверь все равно было еще рано. Поэтому Акир достал из кармана сушеных ягод и бросил в рот. Начал жевать. Рот стало вязать, и он наполнился слюной. Мимо прошла жена. Она укладывалась спать. Сын и дочь уже спали.
Акир достал из-за пазухи бережно свернутый высушенный лист. Поднес к углям и затянулся. Таких листьев он заготовил еще летом не один мешок. Жена ругалась, когда он везде раскладывал и сушил свои листья. Вот и сейчас она принюхалась и прошипела со своего места: – «Чего дымишь на ночь глядя? Не продохнуть».
Акир бросил недокуренный лист в печь, встал, немного пошатнувшись. Ноги затекли от сиденья. Не спеша, ничего бы не опрокинуть в темноте, он подошел к двери. Прохладный воздух ударил ему в лицо. Акир вышел из дома, и тут же его окружила темнота. Перед ним вырос вечный лес, раскинулось бескрайнее звездное пространство. Акир запрокинул голову. Высоко над ним мерцали яркие звезды. Это все принадлежало ему и только ему. Все вокруг, покуда хватит взгляда и дальше.
