Он очнулся. Глаза его оставались закрыты, а в голове беспорядочно метались мысли. Дыхание было тяжелым, а все тело будто онемело и предательски отказывалось двигаться. Собравшись с силами, он наконец открыл глаза.
Серая пелена сна постепенно сошла на нет, и он увидел перед собой стеклянное окошко, из которого было видно только свет нескольких тусклых желтых ламп и металлический потолок. Он попытался сдвинуться с места, как понял, что его тело полностью приковано к некому подобию кровати, в которой он лежал. По всему телу железные лоскуты крепко фиксировали его в этом ложе, не давая пошевелиться.
Тут он осознал, что находится в крошечной камере, больше похожей на гроб. Металлический гроб с небольшим квадратным окошком на уровне его лица. Он начинал паниковать. Любые попытки пошевелиться оставались тщетны, фиксаторы держали его тело мертвой хваткой. Он начал чувствовать, что ему не хватает воздуха. Стенки камеры как будто начинали давить на него все больше с каждой секундой, угрожая раздавить. Он хотел позвать на помощь, но от страха не мог связать и двух слов. С его губ слетали только еле слышные, неразборчивые звуки, вперемешку со сбитым дыханием и всхлипами. Страх давил все сильнее и сильнее, заставляя нервы напрягаться до предела.
“Я умру здесь… умру в этом чертовом металлическом ящике… я не хочу, не хочу умирать… я не могу выбраться, не могу пошевелиться…что делать?!” – думал он. И когда паника достигла своего пика, когда нервы готовы были порваться от напряжения, он сделал возможно единственную вещь, которую мог – закричал. От страха и непонимания. Крик его больше походил на предсмертный вопль животного, которое ощущало близость своей неминуемой смерти и хотело известить об этом каждого, кто мог его услышать. Сколько он кричал? Несколько секунд? Минут? Вечность? Этого он не знал. Зато прекрасно знал, что его услышали.
Приятный женский голос звучал как будто у него над головой, прямо в его камере. “Голосовое подтверждение получено” – без эмоционально произнес этот голос. Вдруг стенки камеры начали открываться, с шипением, как будто кто-то открыл взболтанную банку газировки. Стенки камеры медленно разъехались в сторону и после этого обитатель капсулы, неистово вопивший несколько секунд назад, почувствовал, что фиксаторы, державшие его тело, тоже медленно сползли.
Еще пару секунд он лежал в открытой капсуле, глядя в металлический потолок и вдыхая наконец полные легкие воздуха.
Он медленно поднял верхнюю часть тела и оглядел место, в котором ему довелось очутиться.
