Июль 1985 года
Пионерский лагерь «Орбита», под Кишинёвом
Гроза пришла с Днестра без предупреждения.
Ещё минуту назад над лагерем висело густое, почти неподвижное тепло. Сосны на склоне стояли тёмные, неподвижные, будто нарисованные тушью на выгоревшем небе. Над столовой звенели ложки, из открытых окон доносился голос вожатой:
— Не бегаем по коридору! После отбоя — по палатам!
А потом дальний берег реки осветился белым разрезом молнии.
Мира Чебан вздрогнула и прижала к груди тетрадь в клетку.
— Ты боишься грозы? — спросил мальчишка в пионерском галстуке, стоявший рядом с ней под навесом.
Он был выше Миры на голову, худой, загорелый, с чёрными волосами, которые не слушались ни ветра, ни расчёски. На его запястье болтались часы «Электроника», а под мышкой он держал самодельный радиоприёмник в сером пластмассовом корпусе.
— Я боюсь людей, которые спрашивают глупости, — ответила Мира.
Мальчишка усмехнулся.
— Значит, не боишься. Я Тудор.
— Мира.
— Из Кишинёва?
Она кивнула.
— А я тоже. С Рышкановки. В радиокружок хожу. Ты на олимпиаду приехала?
— На конкурс юных техников. И в библиотеку.
— В библиотеку? В лагерь?
— Здесь тоже есть библиотека.
Тудор посмотрел на неё так, будто она сказала, что приехала в «Орбиту» ради картофельной запеканки из столовой.
— Ты странная.
— Ты тоже, — заметила Мира, кивнув на его радиоприёмник. — Нормальные люди во время грозы не таскают с собой провода.
— Это не провода. Это антенна.
— От этого объяснение стало ещё хуже.
С другой стороны навеса раздался короткий смех. Девочка в синем спортивном костюме, сидевшая на ступеньках, быстро отвернулась. У неё были светлые волосы, собранные в тугую косу, и лицо, слишком серьёзное для четырнадцати лет.
Рядом с ней стоял худой мальчик в очках. Он держал над головой раскрытую книгу, пытаясь защитить её от первых тяжёлых капель.
— Не смейся, Андрей, — сказала девочка. — Она права. Молния может ударить.
— Не в приёмник, — возразил Тудор. — Он выключен.
— Техника тоже иногда молчит перед тем, как сломаться, — тихо сказала девочка.
В тот же миг гром ударил так близко, что дрогнули стёкла в окнах столовой.
На площадке закричали младшие отряды. Вожатые бросились собирать детей. Кто-то уронил металлический поднос, и он покатился по плиткам, звеня, как тревожный колокол.
— Все в корпус! — крикнула вожатая Лариса. — Быстро! Старшие, помогите малышам!
Толпа рванулась к дверям. Мира отступила, пропуская двух девочек с мокрыми косичками, и увидела, как ветер подхватил листок из чьей-то тетради. Бумага взлетела вверх, перевернулась и прилипла к мокрому стеклу.
