Софи сидела в своём тёплом доме – наконец-то, после долгих месяцев работы, она смогла вырваться и взять отпуск. С приближением праздников внутри неё будто расправлялись крылья: впереди было много тихих дней, которых она так ждала. Она планировала всё заранее: тёплая куртка лежала у дверей, рюкзак собран, термос с горячим ягодным чаем – наготове. В этот вечер она собиралась подняться ближе к горному склону, чтобы увидеть долгожданное сияние. То самое, о котором ей рассказывали местные – редкое, небесно-фиолетовое, похожее на полупрозрачный водопад света, что нисходит с неба всего несколько раз в год. Но именно в этот вечер началась пурга. Не просто снег. Ветер выл так, будто пытался выломать дверь. Снежинки носились в воздухе бешеным роем, срываясь в боковые удары о стекло. Свет от уличного фонаря превращался в мутное пятно, расползающееся по белой хмари. Софи тяжело выдохнула и откинулась на спинку кресла. Пушистый плед мягко соскользнул с её колен. Она прикрыла глаза. Разочарование слегка жгло под рёбрами – сияние ведь может больше не повториться. Она рассчитывала на эту ночь. Огонёк свечи на столике рядом дрогнул, будто подслушивая её мысли.
– Ну почему именно сегодня… – тихо пробормотала Софи. Дом был слишком тих. Лишь потрескивание дров в камине да завывание ветра снаружи. Мягкие тени от огня качались по полу. Всё казалось почти уютным, если бы не чувство пропущенного чуда. Она допила остатки горячего напитка – сладковато-пряного, с лёгким ароматом кардамона – и подошла к окну. Пурга продолжала бушевать. Дорогу к горе сейчас заметало так, что даже местные не сунулись бы. Софи прислонилась ладонью к холодному стеклу. Внутри неё смешались покорность и тихое упрямство – то самое, что всегда заставляло её идти вперёд, но сейчас… Сейчас она понимала: природу не переиграть. Она уже собиралась отойти от окна, когда что-то тихо стукнуло по стеклу. Не хлопок ветки. Не удар комка снега. Нет – чёткий, звенящий тук, будто кто-то маленький и робкий тронул её ладонь с другой стороны. Софи замерла. Пурга раскинулась за стеклом плотной, белой стеной… но в вихре снега мелькнула тень. Маленькая. Дрожащая. Нечёткая. Софи прищурилась. И в следующее мгновение тень подняла голову. И у неё были глаза. Большие, светящиеся – словно отражающие самое то сияние, которое Софи так хотела увидеть.
Софи резко отпрянула от окна – сердце подпрыгнуло к горлу, ноги сами отступили назад. Она едва удержала равновесие, когда пяткой задела ковёр. Мгновение она просто стояла, глядя на окно издалека, как будто пыталась убедить себя, что это ей показалось. Но глаза… Эти яркие, нереально светящиеся глаза – они не исчезли. Их свет пробивался сквозь завесу метели, мягкий и в то же время зовущий. Словно те самые мифические сирены, которые в древности манили моряков в пучину – только вместо пения был свет, пробирающийся прямо в душу. Софи сделала шаг вперёд. Ещё один. Её пальцы коснулись холодного стекла там, где секунду назад виднелись эти глаза. Но взгляд невольно скользнул чуть ниже – и она увидела небольшие алые точки на снегу. Капли, едва заметные, тут же заметённые пургой, но всё же явственные. Кровь. Софи не успела осмыслить. Не успела взвесить. Не успела испугаться. Тело само приняло решение. В одно движение она схватила куртку с вешалки, накинула её на себя, даже не застёгивая до конца. Сапоги слетели с полки с глухим стуком – она буквально вбежала в них, натянула капюшон и распахнула дверь. Её тут же ударил в лицо леденящий ветер. Снежинки жалили кожу, будто крошечные иглы. Пурга выла, пытаясь вытолкнуть её обратно в дом, но Софи уже шагнула вперёд – туда, где среди снега она видела светящиеся глаза. Дверь хлопнула за её спиной, и тишина дома сменилась гулом бури. Софи щурилась, всматриваясь в белый хаос вокруг. Сердце колотилось так резко, что казалось – его услышит вся улица.
