2025 год нашей эры
Поездки за рулём меня всегда успокаивали. Звук трения покрышек об асфальт ласкал слух. Я специально выбирал сильно изрезанные шины с блоками равной величины, расположенными на одной линии. Благодаря такому рисунку протектора звуковые колебания приобретают одинаковую частоту, их амплитуды складываются, и шумовые волны усиливаются. Большинство людей испытывают акустический дискомфорт от гула дороги, для меня же этот звук — лучшая музыка.
Давно уже миновал федеральные трассы с плотным потоком и теперь наслаждался ездой на практически пустых дорогах периферии. Мысли неспешно текли и систематизировались. Нервозность отступила, а душа отдыхала. Даже не заметил, как проехал последние четыреста километров, и потому, увидев указатель о въезде в населённый пункт, даже слегка удивился.
Немного попетлял по известным улочкам, припарковал машину у знакомого деревянного забора, выкрашенного зеленной краской, и зашёл во двор. В это время батя, в одних трусах, сидел на крылечке и не спеша смолил папиросу.
— Мишка! — воскликнул он, не сумев скрыть удивление.
Намеренно не предупредил родителей о своём приезде, и моё появление застало их врасплох. Отец вскочил на ноги, обернулся в сторону открытой двери и заголосил:
— Мать! Гляди, кого к нам занесло!
Бросив клич, он спустился с крыльца, стиснул меня в объятиях с такой силой, что затрещали кости.
— Здорово, батя! — отозвался я и обернулся, услышав знакомый голос.
Мать, спускаясь с крыльца, всплеснула руками:
— Сынок, ну что же ты не предупредил? Я бы пирогов напекла! — и тут же, бросив строгий взгляд на отца, шикнула: — Иди хоть портки надень, позорище!
Пристыдив супруга, мама прижалась к моей груди.
— Хотел сюрприз сделать. — сказал я. — Успеешь ещё пироги испечь, я на неделю к вам.
Она отстранилась и, взволнованно заглянула мне в глаза.
— Случилось чего?
— Всё отлично, — ответил я. — Просто решил отдохнуть от работы и от города.
Мать заметно успокоилась, но тут же засуетилась:
— Ну что же мы на улице стоим! Пойдём скорее в дом!
Только переступив порог, я окончательно осознал: эта поездка была необходима, как глоток свежего воздуха. Меня тут же отправили в мою комнату — отдохнуть с дороги, — а родители захлопотали: мать собирала на стол, отец затопил баню. Любые попытки помочь пресекались на корню.
Через два часа я уже сидел в парилке, обливаясь потом и наслаждаясь блаженной лёгкостью в мышцах. После — вышел на улицу с батей, вдыхая прохладный вечерний воздух, чистый и прозрачный, как родниковая вода. Я словно заново родился, и настроение было таким светлым, что хотелось смеяться без причины.
