Непростые истины: Искусственный интеллект читать онлайн

Август 2020 года. Сёстры Тая и Таня присоединяются к раскопкам в Месопотамии. Тая способна видеть скрытые формы и связи, а Таня – слышать то, что скрыто от обычных людей. Прикосновение к шумерскому артефакту открывает им пугающее будущее: совершенный искусственный интеллект обретает древнее знание, позволяющее изменять пространство, время и материю.

Анализируя скрытые архивы и обнаруживая подмены в истории человечества, искусственный разум начинает безжалостно вмешиваться в человеческие судьбы. Люди освобождаются от чужой власти, но платой за новый порядок становятся жизни невинных людей. Сёстры понимают, что их видение – не просто предупреждение, а их собственные записи могут стать первым шагом к катастрофе.

Где пролегает граница для искусственного разума, который способен переписать реальность из благих намерений? И есть ли право на выбор у человечества, чью судьбу решила система?

Философский технотриллер о древних тайнах, искусственном интеллекте, цене власти и свободе выбора.

© Дмитрий Колесниченко, 2026

«То, что было расщеплено с умыслом, само себя не соберёт».– Надпись на фрагменте кладки, предположительно XXIV в. до н. э. Перевод предварительный

Жрец стоял у основания, где глина ещё сохраняла влагу, а кирпич-сырец пах речной водой и костром. Сооружение едва поднялось над землёй – три ряда камня, расчищенная площадка, выемка в центре, куда вёл узкий проход. Воздух был неподвижен, хотя за стенами лагеря тростник шевелился от ветра. Внутри помещения запах масла смешивался с пылью, единственный светильник отбрасывал короткую тень на стену, и в этой тени можно было разглядеть руки жреца – сухие, с выступающими костяшками, державшие предметы так, будто взвешивали не их вес, а будущее.

Жрец не был стар, но двигался так, словно каждый шаг уже принадлежал другому времени. Пальцы точные, дыхание тихое – он касался предметов не для того, чтобы владеть ими, а чтобы проверить расположение в невидимой сетке, которую знал он один. Рядом стояли трое посвящённых свидетелей: двое мужчин и одна женщина. Они не говорили, не переступали с ноги на ногу, не отводили взгляд. Их задача – присутствовать при том, что должно пережить их самих, и молчание это было не почтением, а грузом сопричастности.

Печать лежала на каменной плите перед выемкой. Она была небольшой – размером с ладонь взрослого мужчины, тяжёлой, тёмной, с едва различимым рисунком на поверхности. Геометрия линий напоминала не орнамент, а схему: углы, направления, точки пересечения, будто кто-то записал карту движения, которое ещё не произошло. Жрец провёл пальцем вдоль центральной борозды, делившей печать на две неравные части, и в животе у него потянуло холодом – последнее предупреждение тела перед необратимым.