– У Евдокии Петровны амнезия на почве стресса из-за утраты супруга, – незнакомый старичок в сером заношенном до дыр костюме отчитывался о состоянии моего здоровья симпатичному, высокому брюнету с синими (да, да, не голубыми, а именно синими) глазами, которого я знать не знала.
И я бы, возможно, даже на него засмотрелась или попросила телефончик, если бы не надменный вид и недовольное выражение лица красавчика. И, конечно, если бы в этом месте существовали мобильные устройства связи. Но их, к моему великому сожалению, здесь ещё не изобрели.
– Это всё? Почему она упала в обморок? Больна? – голос у мужчины был настолько приятный, что я невольно прислушалась. – Нужны какие-то лекарства?
– Нет, что вы, Николай Алексеич. Ничего не требуется. У дам в её положении такое бывает, – затряс седой бородкой старик и стал при этом его похожим на козлика из детских сказок.
Выглядело это настолько забавно, что я не сдержала смешок. И только то, как синхронно и зло зыркнули на меня оба мужчины, заставило нервно сглотнуть и прикрыть рот ладошкой.
Я лежала в постели, укрытая тёплым одеялом. Комната была мне знакома: просыпалась в ней на протяжении последней недели, день за днём надеясь, что на следующее утро открою глаза где-то ещё. Где угодно, но только не здесь, но, кажется, этому моему желанию не суждено было исполниться.
Красные обои с замысловатым узором, картины с изображением рек, яблочных садов и пастбищ с коровами, тяжёлые бордовые занавески на окне – всё это было настолько безвкусным и аляпистым, что одним своим видом вызывало тошноту и головокружение. Но больше всего раздражало то, что всё это было не моим. Комната, дом, город. Даже тело, в котором я находилась, казалось мне чужим и непривычным.
Неделю назад, впервые открыв глаза в этой странной спальне, я заподозрила, что что-то не так. А стоило мне подойти к зеркалу – и вовсе чуть в обморок не хлопнулась, ведь в нём отражалась далеко не я.
Вот только сказать я никому об этом не могла, потому что, во-первых, никого здесь не знала, а во-вторых, никак не могла вспомнить, кто же я такая и как эта самая “настоящая я” когда-то выглядела.
При этом то, что совсем недавно я, наконец, накопила на новенький мобильник с пятью камерами и выплатила долг за просроченную на пару месяцев аренду, я помнила, а вот имени своего или откуда я родом – нет.
– В каком таком положении? – решила поинтересоваться у старика, который судя по всему был местным доктором.
Не просто же так он мял моё запястье целую четверть часа, нащупывая пульс, и тыкал в грудную клетку стетоскопом, проверяя дышу ли я или уже отправилась к праотцам. Хотя и так было прекрасно видно, что я жива-здорова. Подумаешь, голова закружилась! От духоты это и местного “декора под старину”.
