Глава 1. Шпагат судьбы, или Как не надо умирать в двадцать пять
Стигия, 1996 год. Октябрь. Городок, в котором даже голуби срали как-то устало, без огонька.
Если вы когда-нибудь видели карту мира и думали: «А нет ли где-нибудь места, где время течёт чуть медленнее, люди чуть тупее, а проблемы чуть глобальнее, чем в соседнем дворе?» — вот вам Стигия. Добро пожаловать. Население — ровно столько, чтобы все друг друга знали, но недостаточно, чтобы кто-то вызвал нормальную скорую вовремя.
В одном из домиков на Кленовой улице — да, улице, где клёнов было ровно два, и те лысые — жила семья. Папа, мама, сын четырёх лет от роду и дочь, которой было шесть месяцев и шесть дней. Шесть дней. Потому что в Стигии даже возраст считали с точностью до суток, как будто тут, блядь, аэропорт, а не колыбель.
Элиза — двадцать пять лет, каштановые волосы, собранные в пучок на затылке так туго, что, казалось, её лицо вот-вот улетит назад, как воздушный шарик на ветру. Любящая жена. Заботливая мать. Женщина, которая гладила детские ползунки с такой нежностью, будто это были по меньшей мере папские энциклики.
Дариус — двадцать восемь лет, детдомовский, широкоплечий, с вечным выражением лица человека, который только что узнал, что завтра снова на работу. Работяга. Не из тех, кто говорит «я устал», а из тех, кто просто молча пьёт... э-э-э... компот. Да. Компот. Из гранёного стакана. И смотрит в одну точку на стене, где когда-то висела полка.
Вот и сейчас.
Дариус сидел в кресле перед телевизором. Экран показывал какую-то передачу про то, как бабка из соседнего района тридцать лет выращивает кабачки размером с ребёнка. Дариус моргнул. Ещё раз моргнул. Третий моржок получился уже с закрытыми глазами, и голова его начала клониться вбок, как у пьяного голубя на проводах.
— М-м-м, кабачки... — пробормотал он, и это было последнее осмысленное слово на ближайшие... ну, как пойдёт.
Наверху, в детской, сопел Виктор. Четыре года, сопатый нос, одеяло натянуто до подбородка, рядом — пластмассовый динозавр без хвоста. Хвост был отгрызен три дня назад. Виктор утверждал, что это сделал «злой дядя из шкафа». Дариус тогда проверил шкаф. Злого дяди не обнаружил. Зато обнаружил там свой второй носок за 2014 год. Мистика.
В колыбели спала Аллерия. Шесть месяцев и шесть дней. Розовая, крохотная, с кулачками размером с грецкий орех. Сопела. Пускала слюни. Была абсолютно, кристально, охуенно счастлива, как может быть счастлив только человек, который ещё не знает, что такое ипотека и очереди в МФЦ.
А Элиза была в подсобке. Стирала.
