Глава 1. Тот, кто стоит у окна
Каждое утро Стелла открывала глаза и первым делом проверяла угол комнаты. Сегодня там стоял мальчик. Лет десять на вид, в старой школьной форме — тёмно-синий пиджак с оттопыренными карманами, белая рубашка уже пожелтевшая по воротнику. Он не смотрел на неё. Он смотрел в окно, будто ждал, что кто-то придёт. За стеклом — серое мартовское море, волны лениво перекатывались, как будто им тоже было всё равно. Стелла не вскрикнула. Не вздрогнула. Просто лежала ещё минуту, глядя на его затылок, на то, как свет от уличного фонаря проходит сквозь него и ложится бледной полосой на пол. Потом медленно села, спустила ноги с кровати. Пол холодный, линолеум потрескался у плинтуса. Она нащупала тапки — старые, с выцветшим котиком на носке — и встала. Мальчик не обернулся.
— Ты уже третий день здесь, — тихо сказала она, хотя знала, что он не ответит. Они редко отвечают сразу. Иногда вообще никогда. Она прошла мимо него к окну. Море было почти чёрным, только у горизонта серело. Сочи просыпалось медленно: где-то внизу загудела маршрутка, хлопнула калитка соседей, запахло кофе и мокрым асфальтом после ночного дождя. Обычное утро. Обычный вторник. Одиннадцатый класс не ждёт. Стелла потянулась к подоконнику, где лежал телефон. 6:47. Ещё сорок минут до выхода. Она посмотрела на мальчика — он так и стоял, прижав ладони к стеклу, хотя пальцы проходили сквозь него, как сквозь дым.
— Если ты ждёшь маму, — сказала она, — то она уже не придёт. Прошло… сколько? Лет тридцать? Больше? Он не шелохнулся. Иногда они так и стояли годами. Иногда исчезали через неделю. Иногда — через день — начинали кричать. Стелла давно научилась различать. Она отвернулась, открыла шкаф. Джинсы, чёрная толстовка с надписью «Adler 2014» — старая, ещё от старшей сестры. Сверху надела школьную куртку — тёмно-зелёную, с эмблемой школа № 19 на рукаве. Волосы — длинные, почти до пояса, цвета горького шоколада — собрала в низкий хвост. Посмотрела в зеркало над раковиной в ванной. Глаза уставшие. Под ними тени, которые не спрячешь даже тональным кремом. Мама говорила: «Ты красивая, просто выспись». Стелла давно перестала спорить. Она вошла в кухню. Бабушка уже грела молоко на плите. Маленькая, сухонькая, в цветастом халате. На столе — тарелка с сырниками и банка варенья из фейхоа.
— Доброе утро, солнышко, — бабушка улыбнулась, но улыбка вышла вымученной. Она всегда так улыбалась по утрам, будто боялась, что если улыбнётся меньше — Стелла заметит, как дрожат руки.
— Доброе, — Стелла села, взяла вилку. Сырники были тёплыми, но она почти не чувствовала вкуса. Бабушка поставила перед ней кружку чая. Посмотрела в окно, туда же, куда смотрел мальчик в комнате.
