Повернуть назад — мудрое решение,
Признать ошибку, оставить надежды.
Но как в этом мире я могу променять
опыт полностью пройденной дороги?
Старец, 2218
Глава 1. Оставь свои грехи
Тысячи капель стекали со стенок тоннелей бывшего метрополитена. Они спускались сквозь расщелины бетонного каркаса, образуя новые щели. Обтекали мох и мицелий мириад грибов, зарождали иную жизнь, хоть и были отравлены спустя столько лет. Проносились мимо пустоты и неизвестности давно покинутого метро, падали на изъеденные ржавчиной рельсы. Шпалы давно уже источены мокрицами и разными насекомыми, так что воде оставалось обогнуть остатки железобетона и уйти в грунтовые воды. И неизвестно, что было токсичней.
Те же капли ниспадали мне на лицо, смешивались с потом и уносились ветром вдаль. Они не отравляли меня, а, наоборот, придавали силы бежать дальше. Освежали мои мысли и заставляли двигаться вперед. Ноги сами выбирали правильный путь. Левая — на рельс, правая шла по останкам, впереди камень — поскользнулся, упал, встал. И побежал дальше. В кромешной темноте не разберешь пути. Никто тебе здесь не поможет, не протянет руки и поведет нужной дорогой. Это испытание, которое нужно пройти самому; почувствовать, как течет кровь внутри твоего тела. Как бьется сердце и дрожит рука от страха. Каждый волос вздымается над кожей: бьет тревогу. Расходятся глаза, бегают, словно дети при виде мороженого. Пробирает холод, и ты чувствуешь его даже левым ухом, с которого продолжает стекать пот. Сотни мыслей в голове переплетаются в паутину и гаснут, как звезды. И единственная, что стоит над ними — не сдаваться. Продолжать бежать во что бы то ни стало. Превозмочь свои страхи и идти не назад.
Не было времени осмотреть метро, что похоронило в себе целые века. А ведь какими вопросами задавались те, кому удавалось сюда попасть. Как строили эти тоннели? По ним передвигались люди в железных вагонах? Почему их до сих пор не завалило, как в других городах? Это было неважно для меня. Не возникало и вопроса по поводу правдивости историй, которые несли караванщики. О поселениях на севере и востоке, что еще выживали среди пустыни. Я не раздумывал о скелетах, ломающихся под моими ботинками, сводах станции метро, которую пробежал за секунды. Я мчался на ощупь, иногда ведомый легким свечением люков и трещин в бетоне. Словно мотылек, я бился о каждый, надеясь, что это выход к палящему светилу. Наружу, где погибну за секунды без должной подготовки, почти голышом. Может, пару-тройку раз выстрелю из пистолета, который успел ухватить. Но я точно знал, что выберусь отсюда и когда-нибудь отомщу.
